– У меня сложилось такое впечатление, – продолжил Шелестов, – что РОВС бросил сюда людей без особой подготовки, собрав всех, кто был под рукой, лишь бы угодить своим германским хозяевам. Как одноразовые сигнальные ракеты, которые нельзя перезарядить. Дернул за шнурок, выпустил ракету, а гильзу выбрасывай. Может, сами диверсанты еще и не поняли, что у них билет в один конец, но кое-кто из их командиров наверняка догадывается. Поэтому они будут выполнять приказ. А Сосновский у них вообще никак с этим делом теперь не связан. Через него они будут пытаться выйти на Москву, усилить там свою резидентуру, если она у РОВСа в Москве есть.

Пока все говорит за то, что нет.

– Одна группа обескровлена, – доставая папиросы, сказал Буторин. – Потери, сопровождение Михаила к границе. Но вторая еще сильна и в полном составе. Вот кого нам надо искать. Они – основная ударная сила, а у нас бомбардировщики на подходе."

"– Этой группой командует бывший белогвардейский ротмистр, – вставил Коган. – Связник рассказал, что его имени никто из рядовых членов группы не знает. Называют просто Николай. Видимо, это его псевдоним.

Других связных мы не знаем, но думается, что они есть. Из местных. А еще он нам сдал метеоролога Почетаева, которого прислали с аэродрома Берелех. Он получал от него пакет и передавал его Николаю.

– Лично передал? – нахмурился Гончаренко и даже привстал со своего места.

– Нет, якобы Почетаев оставил в условленном месте пакет, а связник его забрал.

– Не факт. – Шелестов хмуро покачал головой. – Это может быть ложным шагом, договоренностью среди диверсантов. Если возьмут, отводить от своих и давать нам дезу. Почетаев может не иметь к этому никакого отношения.

Но фигура он значимая. От его заключений многое зависит. Например, хороший прогноз вместо плохого – и группа самолетов может не долететь до аэродрома. Но мы замечали и совпадения, когда и погода ухудшалась, и двигатели у самолетов барахлили.

– Сделаем запрос на Почетаева по моему каналу, – согласился Гончаренко, делая себе пометку карандашом. – Согласен, давайте Букатова выдадим за погибшего в результате несчастного случая. Борис Михайлович вон сдружился с заведующей районной больницей.

Пусть поговорит с ней о липовом акте вскрытия.

– Стоп. – Шелестов поднял руку. – Букатов лично не знает резидента. Он был завербован Николаем, грамотно завербован. Но резидента он лично не знает. Есть подозрение, что резидент – женщина. Так что я бы не торопился посвящать Артамонову в наши дела.

– Артамонова? – Гончаренко уставился на Шелестова.

– Не исключено. Букатов дал согласие сотрудничать со следствием, так что у нас есть шанс прояснить этот факт.

Глава седьмая

Эх, сержанта Охлупкина нет.