Может, и эти двое погибли, а может, выбрались где в низовье. Гончаренко в милицию сведения передал. Участковый обещал поднять мужиков, прочесать местность, но я думаю, что это бесполезно. Тут такие расстояния, что дивизию потерять можно, не то что двоих человек.

На столе появилась тарелка с пирожками и несколько бутербродов с американской тушенкой. Стаканы в металлических подстаканниках парили, наполняя кабинет ароматом крепко заваренного чая.

Гончаренко включил свет и подвинул стулья к своему столу.

– Давайте налетайте. Сегодня у нас делегация американцев была проездом.

Вот оставили угощение. Там еще шоколад был, конфеты, но мы все передали в детский интернат.

Минут десять ели и прихлебывали горячий чай молча, потом Шелестов вытер руки носовым платком и заговорил:

– На сегодняшний день мы имеем следующее: разворошили осиное гнездо, но ситуация стала только хуже. Мы вполне могли спугнуть резидентуру, теперь враг затаится, станет работать осторожнее, может вычислить нашу группу. В любом случае мы потеряем инициативу, а у них может быть запасной вариант действий, о котором мы не имеем представления.

Сейчас нам нужно спешить как никогда и не ошибаться. Каждая ошибка, каждый неправильный шаг чреват срывом операции и потерей машин на перегоне. Не будем забывать, что в ущерб фронту здесь собраны лучшие, самые опытные пилоты.

– Да, ситуация не очень красивая. – Гончаренко кивнул на Буторина: – Мы знаем, что в лесу минимум две группы диверсантов по восемь-десять человек. Знаем, что у них хорошая связь с городом и с резидентом через его помощников и связников. Они отдают себе отчет, что мы о них знаем и пытаемся ликвидировать.

Но задачу им никто не отменял, поэтому, я полагаю, они все же будут действовать. И на дно не лягут.

– Что дал нам арест Букатова и связника? – откашлявшись, сказал Коган. – Во-первых, новую задачу: как скрыть факт ареста заместителя начальника управления комплектации и снабжения? Фигура он не просто заметная, а во многих отношениях – узловая. На него замкнуто большое количество производственных процессов. Я все же больше склоняюсь ко второму варианту, который мы обсуждали. Нужно объявить о его смерти в результате несчастного случая.

Так мы выиграем несколько дней, пока будет суета в управлении и заминка во вражеской резидентуре.

– Заподозрят неладное, – с сомнением покачал головой Буторин и пригладил свой седой ежик. – А у нас Сосновский фактически в их руках. Не подставить бы таким ходом Михаила.

– Если будут подозрения, что Букатов арестован, тогда мы точно его подставим, – согласился Гончаренко. – Но ваш Сосновский сейчас в таких дебрях, что связи с ним и с сопровождающими его людьми не будет еще долго. Возможно, до самого Харбина.