Он провел меня туда как наблюдателя, без права помочь. И все... меня сорвало окончательно, я стал уязвим, открылась брешь. Демона нужно кормить. С каждым годом ему всего мало. Когда-нибудь кто-то из нас выиграет: или он, или я. Но исход один… Самоуничтожение.

— Не нужно так говорить! — психую я. — Ты ведь даже толком не пробовал работать с психологами.

Арон поднимает на меня пустые глаза и улыбается. Жутко. Это даже не улыбка, это оскал зверя.

— Я лучше буду уживаться с этой тварью, чем полностью деградирую под действием препаратов. Они вгоняют меня в депрессию, превращая в овощ и импотента, легче вздернуться, — Арон допивает виски и откидывается на спинку дивана, закрывая глаза.

— Как я устал, Мир. Я чувствовал, что меня накроет, покушение на тебя спровоцировало новый приступ, — выдыхает он, сглатывая.

— Утром тебя отвезут в дом у озера.

Брат мог справиться. В полной изоляции у него это получается. У Арона свои техники подавления. Но покушение на меня вывело его из равновесия.

— Нет. Ты сейчас не справишься, тем более я почти нашел киллера, стрелявшего в тебя. Нам нужны веские доказательства того, что заказчик именно Павлов.

— Арон, я справлюсь, проинструктируй ребят и все.

— Я буду принимать ваши чёртовы пилюли! Похожу импотентом с недельку, не сдохну! — рычит Арон. — Накажем Павлова, обезопасим семью, и я свалю! — твердо заявляет он.

— Хорошо. Спасибо, брат.

В каком бы состоянии он ни был, невзирая на психику и вечную борьбу со вторым «я», Арон рядом. Ни один его приступ не принес нам особых проблем, он, скорее, саморазрушается.

Обезболивающее действует, и почти вырубает сознание. Мне еще противопоказана такая активность. Сил совсем нет.

Арон, наконец, вырубается, точнее, его отключает на диване в моем кабинете. Встаю, забираю пустую бутылку, выкидывая ее в урну. Оставляю включённой настольную лампу, ухожу. Тяжёлый день. Нужно что-то с этим делать. Не хочу терять брата. Нужно поговорить с доктором, который его обследовал, и искать альтернативное лечение, без агрессивных нейролептиков.

ГЛАВА 30

Милана"

"Прошло две недели, Мирон почти оправился. Но он очень упрямый мужчина. Волевой. Просто так лежать и восстанавливаться Мирон не смог. Он работал дома, даже устраивал деловой обед у нас в столовой.

Мирон рвался в офис, но Арон обложил нас всех охраной и посоветовал пока сидеть дома. Мы обедали вместе. Его партнёры хвалили меня за интерьер дома и вкусную еду, называя прекрасной хозяйкой, не подозревая, что я вообще не имею к этому отношения. Так необычно ощущать себя настоящей женой.

Нас навещала бабуля. Точнее, Мирон попросил пригласить ее на барбекю. Мы накрыли стол на улице и ужинали на свежем воздухе. О ранении Мирона бабуля не знала, этот факт вообще скрыт от общественности.