Буквы выглядели недавно обновленными, на их верхушки зачем-то добавили виньеток. Насколько помню, у королевской семьи была всего парочка драконов. А домище выглядел так, словно там содержалось не меньше десятка.

Хм. На ограждении сейчас висела скособоченная табличка «Не работаем». Из распахнутого окна доносились чьи-то нечленораздельные, но однозначно яростные крики. И прирученных диких драконов нигде не наблюдалось, по крайней мере, на виду.

Широкая дорога развернулась, мы проехали за ограждение и моему любопытному взгляду предстал настоящий дворец, из тех, что в моей прошлой жизни я видела только на открытках.

Белокаменные стены буквально искрились под яркими дневными лучами. Переливались витражами широкие окна. Многочисленные крыланы, прятавшиеся под козырьками балконов, при появлении цепочки из шести карет сорвались с мест и приветственно закружили в воздухе.

Наша кавалькада чинно въехала на внутреннюю площадь, но не приблизилась к парадному входу, а медленно отправилась дальше — к торцу с левой стороны здания.

— Вход для персонала, — сообщил Криспиан.

— Уважаемые гости! — в карету вежливо постучали и внутрь заглянул улыбчивый розовощекий молодой человек в прекрасно сшитом бежевом камзоле. — Вас приветствует служба размещения королевского дворца. Будьте добры, выходите по одному. Мы всех сопроводим в ваши личные комнаты.

— Ничего, — шепнул Крис, обведя взглядом присутствующих. — Если получится выскользнуть, встречаемся на четвертом этаже у зимнего сада.

Сидела я у самой дверцы, так что вышла первой.

И ко мне одновременно, словно слаженный единый механизм, подошли сразу двое — слуга в ливрее, и воин в красном кителе королевской охраны. Эта парочка так резво зажала меня с двух сторон, что происходящее напомнило скорее арест, чем «приветствие гостей».

Ну ладно. Сопротивляться не буду.

Единственное, где я вежливо проявила характер — это пресекла попытку забрать Сиротку и увести меня от собственной сумки. Мое добро — это мое добро, а не общественное. Не позволю незнакомцам рыться в моих сокровищах, а если оставлю их без присмотра, сердцем чую, так и случится.

Поэтому сама залезла на крышу кареты и стащила вниз вещи. Под возмущенным взглядом выпорхнувшей на брусчатку следом за мной Лайзы.

— Пф. Деревенщина, — протяжно «в нос» заявила она, скроив презрительную гримаску. Затем изящно кивнула своей паре сопровождающих и «поплыла» следом за ними.

Признаться, я попробовала схитрить, дождаться друзей, тянула время, перехватывая ручку сумки то одной, то другой рукой.