"Развод в 50. Я научусь тебя (не) любить

Пролог

Не остановимся, не попрощаемся

Падают, падают с неба сломанные цветы

Не попрощаемся, а ты улыбаешься

Ведь там, где любовь кончается – начинаешься ты.

«Кто-нибудь видел мою девчонку?» / Кирилл Павлов

Впервые гнал машину на скорости под двести километров.

Маневрировал, подрезал других, резко выворачивал руль, когда заносило на льду, но ехал так быстро, как только мог.

Она все узнала.

Моя Олька все узнала, и я не понимал, что говорить и как оправдываться перед ней.

– Черт-черт-черт! – кричу на весь салон седана и от злости бью руками по рулю, но потом быстро хватаюсь за него, потому что выехал на встречку.

А это идея.

Повернуть руль чуть влево, и все проблемы решатся вмиг.

Лобовое столкновение с фурой, пара минут агонии в раздавленной машине, и мне не нужно будет смотреть в любимые серо-голубые глаза, в которых теперь точно плещется ненависть.

Существует ли вообще какое-то оправдание измене?

До поселка, где мы живем с женой вот уже одиннадцать лет, осталось три километра, но я чуть сбавляю скорость и набираю номер человека, которого отчаянно хочу придушить сейчас.

Из-за какой-то тупорылой малявки я могу потерять любимую женщину и свою семью.

– Кирилл?.. – раздается в динамике плачущий голос Милы.

Молчу, потому что, кроме мата, мне ничего в голову не приходит.

– Я не могла больше так, Кирюш. Она должна знать о нас с Федей. Мы ведь тоже твоя семья, – продолжает скулить в трубку девушка.

– Что ты несешь? – хрипло вырывается у меня, – Какая семья? Какая мы с тобой семья?! – все же вспыхиваю и начинаю орать на весь салон.

В ответ ожидаемо раздается громкий плач, и за ним я улавливаю еле слышное хныканье моего сына.

Приходится сбавить обороты и выдохнуть. Если рядом с ней Федя, я должен сделать все, чтобы эта дура успокоилась и не пугала ребенка.

И следующая мысль, которая выбивает весь воздух из легких…

– Ты пришла к моей жене с Федей? – чувствую, как все тело немеет от своего же вопроса.

Теперь очередь Милы молчать, и мне приходится терпеливо ждать, пока она наберется смелости и ответит мне.

Девушка всхлипывает, тяжело дышит и, наконец, выдает:

– Конечно, с Федей. А кому я его оставлю?

– Что ты ей сказала? Зачем, мать твою, ты вообще туда пошла? – еле держу себя в руках.

– Я не могу так, Кирилл, – совершенно спокойно реагирует Мила, и мне остается только удивляться, как быстро она перестала реветь, – Нашему сыну нужен отец. Не пару раз в неделю, а каждый день после работы и все выходные. И мне…

– Что тебе?

– Нужен! Ты мне нужен, Кирилл! Весь, днями и ночами! А твоя женушка…

– Заткнись, – обрываю новую истерику и сбрасываю вызов, потому что разговаривать с ней бесполезно.

Да и я больше не могу слушать ее визг. Голова раскалывается.