Это было дня четыре назад. Обнаружив, что жильца нет дома, дама поспешила ретироваться.

– Да разные это особы, – отмахнулся Моргунов.

– А если одна? – возразил Еременко. – Тогда получается, что с Чалым она вступила в интимные отношения, а с Примаковым – в деловые. – Лейтенант перехватил суровый взгляд командира и закашлялся.

– Это все, что вы можете сказать? – спросил Иван. – Прошло полдня, а мы говорим про какую-то бабу. Что прикажете с вами делать? Как наказывать?

Дело заходило в тупик, просвета не было. Все ниточки рвались.

– Зла не держите, товарищ капитан, вымещайте сразу, – сказал Еременко.

– Вам же легче будет, да и нам. – Он готов был взорваться, наговорить лишнего, чтобы потом сожалеть о сказанном.

Но первым взорвался телефон, стоявший на краю стола, задребезжал как будильник.

Осокин схватил трубку.

– Капитан? – Голос Редникова звенел от волнения.

– Слушаю, товарищ подполковник.

– И слушай внимательно, дважды повторять не буду. В районе четвертый день работает служба радиопеленгации. Мы об этом знаем. Машины замаскированы под продуктовые. Севернее села Овчинниково перехвачен сигнал, засечена работа радиопередатчика.

Это было три минуты назад. В машинах имеются средства связи. Район, откуда исходит сигнал, – заброшенная деревня Бекасово, северная ее часть.

Осокин вскочил, не отрывая трубку от уха. Натянулся шнур, поехал по столешнице телефонный аппарат. Луговой ахнул, навалился на него грудью.

– Позвольте, товарищ подполковник. Деревня Бекасово – я знаю, где это. Но такая точность?..

– Сигнал засекли два пеленгатора, идущие по параллельным проселочным дорогам, – сказал подполковник. – Сработали синхронно, отсюда такая точность.

Да, деревня Бекасово, ее северная окраина. Там есть заброшенные сельскохозяйственные строения. Не тяни резину, капитан! Быстро бери людей и выезжай. Тебе придано отделение сержанта Верещагина. Люди наготове, сидят в своей машине. Противник не знает, что его засекли. Живо блокируйте район, там всего лишь две проселочные дороги…

Окончания страстного монолога Иван уже не слышал. Он швырнул трубку на рычаг и махнул рукой. Мол, вперед, товарищи! У вас есть прекрасная возможность исправить свои ошибки.

Капитан Осокин первым вылетел из кабинета."

"Село Овчинниково стояло в пятнадцати минутах езды от центра Свирова. Прямая дорога тянулась мимо не использующихся складов, объектов сельскохозяйственного назначения. Потом пошли канавы, рытвины. Грунтовка нырнула в лес, вырвалась в поле. Козлик прыгал по ухабам. Моргунов вертел баранку, что-то ворчал себе под нос. Машину трясло, стучали зубы оперативников. Они вцепились в борта, зажимали коленями стволы «ППШ».

Мимо пролетали осинники, заросшие овраги.