Доктор придвинулся к кровати, шагнул на ступеньку и, взяв меня за запястье теплыми мягкими пальцами, принялся мерить пульс, закрыв глаза и считая про себя, а женщина заговорила страдальческим голосом:

-- Доктор! Ну за что нам это горе?! Неужели сестра уйдет вслед за мужем?! Ах, я этого не вынесу, просто не вынесу! Сестра совсем не в себе! Как можно это пережить?!

-- Я дам вам успокоительную микстуру, госпожа Розер, – не отпуская мою руку, доктор открыл глаза и оглядел меня несколько сонным взглядом. Оттянул мне веки, заглянул туда, что-то про себя почти пробормотал и вынес вердикт: -- Впрочем, вам не обязательно её пить, госпожа Розер. Ваша сестра, хвала всевышнему, идет на поправку. Теперь госпоже требуются только покой и усиленное питание.

-- Но как же, доктор… -- кажется, слова мужчины мою «сестрицу» сильно огорчили. – Вы же сами слышали, что она говорит ужасные вещи! Она безумна!

-- Не думаю, – спокойно ответил доктор. – Небольшая истерика вполне себе объяснима. Госпожа Любава пережила трудные роды, потеряла ребенка. Так что бывает, бывает... – равнодушно резюмировал он. -- И я настоятельно рекомендую вам вернуть госпоже Любаве ее служанку. Вы сами видите, что она еще слаба, а незнакомые люди пугают ее. Если вы хотите избежать подобных приступов, то ее должны окружать привычные ей вещи и люди.

-- Доктор, ее служанка бестолкова и неряшлива…

-- Настоятельно рекомендую, госпожа Розер! – не дал ей договорить доктор. И весьма внушительно добавил: -- Во избежание сцен, подобных сегодняшней! Сами подумайте, как может отреагировать мэтр Фонкер, если пойдут разговоры об отравлении. А обычные женские истерики сестры могут повредить вам в глазах посторонних людей, – важно добавил он.

-- Ах, она бросила тень на мою безупречную репутацию! Я, признаться, не подумала об этом, доктор. Ведь она моя сестра, родная кровь! Что же теперь делать?!

-- Верните ей служанку – так будет лучше. Я сам сварю и дам больной укрепляющую микстуру. Думаю, завтра она окончательно придет в себя.

Доктор немного неуклюже повернулся ко мне и сказал:

-- Думаю, вы скоро поправитесь, госпожа Любава. Я навещу вас после обеда, принесу микстуру.