– Если ты хочешь, я могу с ней серьезно поговорить, но мне не кажется, что мы имеем право вмешиваться в их отношения."

"– Но ведь он еще совсем мальчик, а она…

– Папа, она – моя ровесница, не кошелка старая. И расслабься – не пойдет Ветка за него замуж. – В этом Коваль не особо была уверена, но нужно же чем-то успокоить озабоченного старика!

– Не понимаю, почему Дмитрий не вмешается? – с досадой сказал отец. – Ведь Коля всегда слушался его беспрекословно, достаточно было одного слова, взгляда!

""Знал бы ты! – подумала Марина. – Скорее всего, братец вообще не в теме, а с тобой Колька поделился без опасения быть выпоротым широким офицерским ремнем!""

Она прекрасно понимала, что ее вмешательство не поможет, а скорее усугубит и запутает все еще больше, но решила поговорить с Веткой, потому что разговоры с влюбленным пацаном вообще дело гиблое и бесполезное. Но сделать это собиралась завтра, а сегодня все же день рождения, да и Егор заждался, наверное.

Так оно и было – едва Марина вошла в зал, как он поднялся из-за стола и пошел навстречу, перехватывая и увлекая за собой танцевать.

– Не исчезай с моих глаз так надолго, детка, – обнимая жену, попросил он.

– Боишься, что кому-нибудь в голову придет такая же блестящая мысль, как тебе месяц назад? – пошутила Коваль, прижимаясь к нему.

– Почему нет? – совершенно серьезно ответил он, уверенно ведя ее в танце. – Думаешь, никто, кроме меня, не мечтает обладать всем этим? – И он незаметно провел руками по ее телу, заставляя вздрогнуть.

– Перестань – это только твое, я ведь обещала. Поедем домой, Егор, я устала…

И он подчинился, попросив всех извинить их и продолжать гулять. Они откланялись и уехали, прихватив с собой Хохла. Шел снег, но было так тепло и хорошо, что Коваль открыла люк и встала на сиденье, высунувшись на улицу по пояс. Егор придерживал ее за ноги, а она, раскинув в стороны руки, хохотала, как ненормальная.

– Малыш, заставь ее сесть, – не выдержал Хохол. – Она без шапки, грудь голая – простынет, ей ведь нельзя.

И – странное дело – Егор внял голосу разума и потянул Марину вниз, закрывая люк.

– Спятила совсем? Не болела давно? – грозно спросил он, застегивая ее шубу и надевая на голову капюшон.

– Ты вошел в роль мужа, да, Малыш?

– При чем тут это? Просто Хохол прав – тебе совсем немного надо, чтобы простудиться, а я веду себя как дурак и позволяю тебе делать такие вещи.

– Ты видел бы, какие вещи она при мне вытворяла, – вздохнул вдруг Хохол. – Один только прыжок в бассейн чего стоил!

– А ты меня потом чуть в сауне заживо не сжег! Порфирий Иванов нашелся! – не осталась Коваль в долгу, и все втроем захохотали.