Зачем Иван попросил нас остаться, если у него есть невеста? Почему не сказал ничего и дал мне напрасную надежду? Как-то это все гадко и несправедливо. Да и совсем не похоже на него. Иван кто угодно, только не подлец. Был. Не мог же он так измениться за эти шесть лет? Или мог?

Поднимаю голову и смотрю в безоблачное голубое небо. Вспоминаю, наш вчерашний разговор. Сегодняшнее утро… не было там фальши. Он был честен со мной и полностью открыт. А может, я сама все это придумала и поверила? Господи, как же сложно это все распутать. А нужно ли? Имеет ли смысл? За что бороться? Может, просто уйти и не мешать чужому счастью?.

."

"Зажимаю виски ладонями и отчаянно качаю головой. Я не могу его потерять еще раз. Все что угодно, только не это. Я не готова. Не хочу. Но что делать. Судорожно вздыхаю и поднимаюсь на ноги. Больше я на эти грабли не наступлю. Ошибки прошлого преподали мне хороший урок. Надо поговорить с Иваном лично, как только вернется, и все выяснить у него. А пока съездить домой за личными вещами. Да. Мне нужны мои вещи и еще отвлечься от всего этого хоть ненадолго.

Пока Нюся обедает, быстро привожу себя в относительный порядок и вызываю такси.

Долго думаю, стоит взять ее с собой или оставить с Галиной Федоровной. Все же решаю взять. Дома у нее любимые игрушки, пусть сама выбирает, что забрать, а что пока пусть поживет отдельно. Сколько мы пробудем в доме Ивана, я не имею ни малейшего понятия. Может, уже завтра появится новая хозяйка, и нам укажут на дверь… надо быть готовой ко всему.

Забираю вещи для дочки и спускаюсь. Нюся как раз выбегает из кухни.

– Мамочка, ты куда? – обнимает с разбегу.

– Не я, а мы. Уезжаем.

– Я не хочу, – отстраняется и смешно хмурит брови.

– Надо, малыш, – мягко улыбаюсь ей и помогаю натянуть теплые штаны. – Съездим к нам домой, заберем вещи и вернемся.

– Нет. Я не поеду, – вырывается и стаскивает только что надетые на нее ботинки.

– Нюсь, давай без скандала, – устало вздыхаю. Сил и так нет ни физических, ни моральных. – Мама сказала надо, значит, надо.

Пытается убежать, но я ловлю ее и начинаю упрямо одевать дальше. Уже самой не нравится вся эта идиотская затея, но раз уж решила, надо довести до конца. Нюся и так становится все более неуправляемой и часто не слушается.

– Ну мамочка! Ну пожалуйста! – канючит она, задевая меня за живое. – Давай не будем блосать папу.

Смотрю на нее, как на дурочку. Чего себе напридумывала, глупышка. Крепко обнимаю и шепчу на ушко:

– Не будем. Скоро вернемся. Посмотри на меня, – отстраняюсь и поправляю шапку. – Только соберем одежду и игрушки и приедем.

– Нет, я хочу остаться с тетей Галей, – недовольно топает ножкой и так недоверчиво смотрит на меня. Ну вот, дожили, даже собственный ребенок мне не верит.