* * *Три недели пролетели как один день. Кое-как растолкав дела, Слава бежал к садику, где работала Рада, прихватив с ближайшей клумбы букетик цветов. Об их отношениях судачил весь посёлок, но им было всё равно. Они наслаждались общением и простым присутствием друг друга, ловя каждое свободное мгновение. А когда Анюта, заигравшись, вдруг назвала парня папой, радости Славы не было предела. Сделав вид, что всё так и должно быть, парень старательно ответил на её вопрос, а когда неугомонная девчонка унеслась следом за Тяпой, повернулся к девушке со смущённой улыбкой:

– Ты слышала?

– Конечно.

– И что скажешь?

– А ты?

– Я? Я очень рад. Значит, ей интересно со мной. А вот как ты считаешь?

– А я просто очень счастлива, – улыбнулась Рада сквозь слёзы.

– Ты чего ревёшь? – растерялся Слава. Как и большинство мужчин, он терялся, видя слёзы любимой женщины.

– От радости, – всхлипнула Рада, пряча лицо у него на груди.

Прижав её к себе, Слава дождался, когда девушка успокоится, и, нежно поцеловав её в нос, тихо сказал:

– Мне в правление надо. Начальство очередной проект затеяло и никак между собой договориться не могут. Я постараюсь недолго.

– Конечно. Беги. Мне тоже на работу надо. А то скоро уволят за прогулы, – улыбнулась Рада, целуя его в ответ.

Прыгнув в седло выданного ему квадроцикла, Слава лихо развернул скоростную машину и поехал к зданию заводоуправления. Войдя в директорский кабинет, он уже привычным жестом распахнул окно и, оглядев злых от долгого спора мужиков, сидевших за столом, тяжело вздохнул, спрашивая:

– О чём опять спорим, православные?

– Да иди ты к чертям собачьим со своими шуточками, – вызверился директор. – А то не знаешь, что нам рабочих рук не хватает. А тут ещё ты со своими идеями. Вот объясни мне, на кой чёрт тебе столько мин?

– Посёлок защищать. И это не оговаривается, – жёстко отрезал Слава.

– А людей расселять как?

– Я уже говорил. Хотят нормально жить, пусть впрягаются в работу. Халявы не будет. Думаешь, я просто так потребовал согласовывать со мной списки на расселение? Чёрта с два. Лучшие условия жизни и лучший кусок будут получать только те, кто работает. Все остальные будут молча ждать своей очереди. Не нравится, ворота не заперты.

– Да ты со своими принципами нас до восстания доведёшь, – возразил директор, но договорить не успел.

Дверь распахнулась, и на пороге вырос один из бойцов комендантской роты, со злым и растерянным одновременно лицом. Найдя взглядом Славу, боец откашлялся и смущённо проговорил:

– Командир, там это… В общем, твоё присутствие срочно нужно.

– Что случилось? – насторожился Слава, чувствуя, как в затылке моментально образовалась ледышка от предчувствия опасности.