— Всякое может быть…

И тут неожиданно меня посетила интересная мысль:

— Слышь, Костя, Кадкин-то раньше в КГБ служил!

— Ну и что?

— А то! В базе данных о нем должно содержаться немало информации, особенно если воспользоваться особым кодом доступа. Вдруг он не сам ушел из Конторы, а его «ушли»?! К примеру, из-за психического расстройства или склонности к половым извращениям!

— Однако ты загнул, — усмехнулся Костя. — И потом, разве ты знаешь «особый код»?!

— Рябов знает, — отрезал я, набрал мобильный номер шефа и попросил срочно перегнать на ноутбук Кадкина подробную информацию об усопшем. В том числе закрытую."

"— Разумно, — одобрил Владимир Анатольевич, и через непродолжительный отрезок времени на экране появилась развернутая справка с грифом «Секретно». Полностью приводить ее не буду. (Много места займет.) Скажу лишь одно — мое предположение отчасти подтвердилось. В 1992 году Владимира Васильевича (тогда сорокалетнего полковника) досрочно отправили в отставку по состоянию здоровья. Врачи обнаружили у него вялотекущую шизофрению. Диагноз поставили после того, как он в истерическом припадке избил до полусмерти собственную секретаршу. (Чай, видите ли, долго готовила!) В результате девушка осталась инвалидом на всю жизнь. Поначалу Кадкина «закрыли» в Брюсовском СИЗО, хотели отдать под суд, но затем по настоянию следователя В.П. Сычева провели психиатрическую экспертизу, признали невменяемым в момент совершения преступления и потихоньку комиссовали вчистую…

— Ну-у-у, коли Кадкин шизофреник, от него можно ожидать чего угодно, — покачал головой Костя. — А искать мотивы теперь бессмысленно. У таких душа даже не потемки, а вовсе не пойми что!

— Согласен, — кивнул я.

Спустя некоторое время в «караулке» появился Кирилл Альбертович. Выглядел он неважно: опухшее лицо, слезящиеся глаза, сизый нос… На днях Ильин справлял свое 63-летие и, видимо, не до конца оправился от праздничных возлияний. Старик крепко дружил с «зеленым змием», что, впрочем, пока не мешало его работе. Более того, Ильин пользовался в Управлении огромным уважением, а начальство (по крайней мере, генерал Марков и полковник Рябов) испытывало к нему глубокое, заслуженное доверие как в профессиональном, так и в личностном плане.[15] Ильин был не только судмедэкспертом, но и специалистом самого широкого профиля. Альбертыч мог один с успехом заменить и анестезиолога, и реаниматора при проведении наркодопроса. Мог быстро, квалифицированно оказать помощь раненому. Отлично разбирался в ядах и противоядиях и т. д. и т. п. А в августе 2005-го он с успехом дебютировал в амплуа психоаналитика, сумев в одиночку вычислить неуловимого маньяка-убийцу.[16] Ему бы еще пить бросить, а то не дай Бог угробит себя водкой!..