«Что ж, наверное, так и должна выглядеть женщина, которая в одиночку тянет на себе еще недавно дышавшую на ладан энергокомпанию» — прихожу к такому выводу, глядя на себя в зеркало. Хорошо, что на таких мероприятиях обычно полумрак (ну а как еще гости смогут оценить отблески света в натуральных бриллиантах жен разных важных энергетиков нашей страны?) и никто не обратит внимание на синяки от недосыпа у меня под глазами? Зато румянец на щеках совершенно естественный. И почему-то даже цвет лица стал здоровее с тех пор, как я перестала сходить сума по кокосовому молоку и хлебцам, а с удовольствием трескаю вареники и пельмени в домашней вареничной.

— Успокойся уже, Лекса все равно там не будет, — показываю кислую гримасу своему отражению, когда понимаю настоящую причину, по которой впервые за последнее время так долго кручусь перед зеркалом."

"Среди номинантов, само собой, есть «Интерфорс» — это слишком крупная «рыба», чтобы организаторы обошли ее стороной, но самого Лекса среди приглашенных лиц нет, вместо него там какой-то «Никифоров П.А».

Мы не виделись уже… почти два месяца.

Хотя, конечно, я точно знаю количество прошедших с нашего последнего «разбора полетов» дней, но не хочу озвучивать их даже в своей голове. Иначе это будет означать, что я нарушила данное самой себе обещание горевать только три дня. На самом деле, я горюю до сих пор и, кажется, даже больше, чем это было в само начале, и не схожу с ума только потому, что упахиваюсь на работе и держу в уме красавицу Катю, которая, наверное, уже вовсю готовится к свадьбе. Как на самом деле обстоят дела, я не знаю, потому что так ни разу больше и не заглянула на ее страницу. Это как раз оказалось на удивление легко — просто я поняла, что если вдруг увижу видео, как Лекс делает ей предложение или типа того, то окончательно превращусь в унылую моль а ля Людмила Прокофьевна из старого-старого фильма. Явно не то состояние, в котором нужно поднимать на ноги двух усатых «детей» и один многострадальный «Гринтек».

Мысленно, я само собой пожелала Лексу и Кате всяческого счастья, но, если честно, не от всей души. Так что даже хорошо, что сегодня мы не столкнемся нос к носу и мне не придется корчить бурную радость по случаю их воссоединения.

— Хорошо выглядите, Виктория Николаевна, — говорит мой водитель, распахивая передо мной дверцу машины.

Ему уже прилично лет, так что некоторые вольности он себе позволяет, а я закрываю на это глаза, потому что он не лихачит на дорогах и умеет вырулить из любой пробки, как будто на память зная каждый городской закоулок.

По дороге рассказывает о том, что на днях сын привел на смотрины девушку, перечисляет все видимые места на ее теле, из которых торчал пирсинг и посмеивается, что его жена до сих пор не может с этим смириться.