Всякая типично девичья мишура, никак не намекающая на то, что она может вести двойную жизнь. Я всегда относился к Вике как к человеку, который ничего не носит за душой. Не в обиду ей, но она не была похожа на прожжённую сердцеедку, которая собаку съела на двойной игре."

"«Но неделю назад она включала компьютер секретарши», — напоминает внутренний голос, хотя я изо всех сил пытался найти оправдание той «странности». Даже в тихую от моего болтливого коллектива пересмотрела видео с камер наблюдения, надеясь увидеть кого-то другого, кто мог проникнуть в ее кабинет, но кроме Вики на тех видео никого не было.

На компьютере секретарши не было никакой информации, которая могла бы как-то навредить и без того печальным делам «Гринтек», но сам факт, что Вика могла вынести — и, скорее всего, вынесла — внутреннюю документацию за пределы офиса, был крайней хреновым звоночком. С оглядкой на ее предыдущие «сюрпризы» — буквально, как любят говорить женщины, одним огромным красным флагом против того, чтобы снова в нее вляпываться.

Но какая-то часть меня очень хочет ей верить.

Марат, еще когда мы были типа_братьями, любил говорить, что наивнее меня только маленькие дети и что с таким подходом к людям, я никогда не выбьюсь из безденежья.

Сам он пропагандировал цинизм и буквально дорогу вверх по головам, наплевав на такую мелочь, как «человеческий фактор».

С тех пор почти ничего не поменялось.

Но что-то в его золотом правиле жизни пошло не так.

— Лекс? — Голос Вики отвлекает меня от неприятных мыслей, и я обращаю внимание, что мы как раз подошли к зоомагазину. — Все хорошо?

— Просто задумался.

А самого так и подмывает спросить, что она искала в компьютере секретаря, услышать какую-то глупость вроде «случайно включила», успокоиться и закрыть эту историю.

Но что-то мне подсказывает, что после такого, все окончательно пойдет по пизде. В любом из вариантов, чтобы она не ответила — либо подозрения окажутся правдой, Вика признается и я на хрен вышлю ее обратно домой с полным увольнением, либо это окажется сбоем или случайностью, Вика обидится и точно больше не захочет иметь со мной никаких дел.

Ладно, к хренам все.

Сегодня — это сегодня.

Вернемся домой — скажу начальнику службы безопасности провести полное служебное расследование.

— Если ты устал, то мы можем… — Вика перекладывает увесистого щенка на другую руку. — Ну одну ночь он, наверное, переживет без своих собачьих удобств.

— Все в порядке, — выдыхаю, сбрасывая так некстати накатившее дурное настроение, — а этому парню нужно купить все необходимое, иначе нас выселят ночевать на скамейку в парке.

Вика делает такое лицо, как будто эта перспектива не так уж ее и пугает, и мы заходим внутрь.