Штаб Верховного Главнокомандующего (благодаря газетчикам его чаще называли Ставкой) находился вблизи местечка Барановичи Новогрудского уезда Минской губернии. Он занял казармы железнодорожной бригады, которая с началом войны ушла на фронт. Местечко было удобно тем, что поблизости пересекались две важные дороги: Александровская и Полесская.

В небольшом, отдельно стоящем доме начальника бригады расположилось управление генерал-квартирмейстера, мозг командования. Там верховодил Данилов-черный, третий человек в Ставке после великого князя Николая Николаевича и начальника его штаба Янушкевича.

В дом были заведены прямые провода связи от штабов воюющих фронтов и от Петрограда. Внутри размещалось оперативное управление, которое, собственно, и рулило всей огромной военной машиной Российской империи. Оно состояло всего из восьми офицеров. Старшим был Генерального штаба полковник Свечин, на правах единственного офицера для поручений при великом князе. Павлука хорошо знал его по службе в Огенкваре как делопроизводителя ГУГШ, крупного специалиста по разведке и ученика Таубе. Командированному очень хотелось навестить Александра Андреевича, но вход в дом был для посторонних запрещен, требовался специальный пропуск.

Вся Ставка, как Брюшкин узнал от «дяди Вити», была скромной по численному составу: девять генералов, шестьдесят офицеров, пятнадцать гражданских чиновников и сто двадцать пять нижних чинов служительской команды. Охрану внешнего периметра нес гвардейский полевой жандармский дивизион.

На железнодорожных путях, проведенных из Барановичей, стояли два поезда.

В первом жил сам Верховный, а также оба его ближайших помощника, Янушкевич с Даниловым. Еще в главном поезде обитали шесть личных адъютантов великого князя и прислуга. Во втором – расположились остальные высшие чины Ставки.

Кроме главного управления – генерал-квартирмейстера – имелось еще три: дежурного генерала, управление военных сообщений и военно-морское. Существовали и «небоевые» органы: дипломатическая канцелярия, канцелярия по гражданскому управлению и полевая канцелярия при протопресвитере военного и морского духовенства.

Особняком стояло управление верховного начальника санитарной и эвакуационной части, полусумасшедшего принца Ольденбургского. Все эти службы располагались в бригадных казармах. Там же по одному-два человека проживали офицеры и чиновники. Был коридор, предназначенный для размещения командированных, куда и поселили Лыкова-Нефедьева.

Удобное здание бывшего офицерского собрания железнодорожной бригады заняли представители союзного командования вместе со своими помощниками.