Роман Данила Корецкого повествует о сложной операции, проводимой руководителем одного из управлений ФСК, ключевой фигурой которой является самый обыкновенный человек, не подозревающий о своей роли. Вовлечённый в политические интриги, он становится объектом охоты со стороны конкурирующих российских спецслужб, американской разведки и современных мафиозных группировок…1991—1994

Убийцей мог оказаться любой. Когда плотная фигура в коричневом плаще стремительно вышагнула из встречного потока прохожих, сердце Каймакова сжалось и он шарахнулся в сторону, чувствуя, как холодеют наиболее уязвимые места: шея, живот, пах… Человек ощутимо зацепил его корпусом, невнятно ругнулся и бросился бежать, как сделавший своё дело киллер. Теперь должна была прийти боль, она слегка запаздывает, пока нервные волокна сопротивляются первому травмирующему организм натиску, но потом ударяет в мозг безжалостно и беспощадно, лишая сил, надежды, а если повезёт — сознания.

— Чего стоишь на дороге? — Каймакова толкнули в спину. — Лучше места не нашёл!

Боли не было, только ноги промокли, и мелко-мелко дрожало что-то под солнечным сплетением. Каймаков обернулся. Коричневый плащ пробивался сквозь штурмовавшую автобус толпу. Каймаков перевёл дух, вышел из заполненной мокрым снегом лужи и тяжело зашагал вперёд.

«Дурдом какой-то… Так и сдвигаются по фазе! Седуксена, что ли, попить…»

В пять часов было уже совсем темно, шёл мелкий колючий снежок, который тут же таял, мёртво светили ртутные фонари, в крестообразных башнях украшавших «Юго-Западную» высоток горели почти все окна. Плотные человеческие потоки тянулись из метро к автобусным остановкам, ярким витринам универсама, окрестным домам, всё было привычно и обыденно, кроме мгновенного взаправдашнего ужаса, от которого Каймаков никак не мог отойти.

Позавчера его пригрозили убить и дали сроку два дня. Хотя он старательно успокаивал себя — мол, это глупая шутка, или какое-то идиотское недоразумение, или не менее идиотский розыгрыш, но пережитый страх наглядно продемонстрировал, что угроза оказалась убедительной. Хотя выглядела она, как фарс.

Его остановил на улице крепкий парень с уверенными манерами и решительным лицом, придержал за рукав и спокойненько так сказал: «Брось это говённое мыло! Тут не шутками пахнет, ты мафии на хвост наступаешь. Не успокоишься — тебя уберут».

— Что? — переспросил Каймаков не своим, каким-то писклявым голосом. — Вы кто такой, гражданин?..

Парень криво усмехнулся. У него был расплющенный нос и золотая коронка.

— Я и есть мафия, — проникновенно сказал он. — Два дня сроку, а потом ты покойник! Засадят маслину в башку, и все дела… Понял?

Парень повернулся и неторопливо пошёл к красной «девятке» без номеров.