Николай знал, что на Западном фронте такие люди назывались снайперами, а еще зелеными стрелками (для маскировки они мазали себе лицо зеленой краской). Видимо, этот немец прибыл оттуда. Поручик перевесил «телескоп» на свою трехлинейку, и с тех пор меткость его стрельбы, и прежде высокая, сделалась идеальной.

Маневренная, преимущественно кавалерийская война оказалась скоротечной. Первыми перед русской армией пали Хамадан и Кум. В Хамадан тут же вернулся наш консул барон Черкасов, которого так долго обижал Шёнеман. А Кум славился важными мусульманскими святынями, и появление там иноверцев могло привести к конфликту с религиозными фанатиками.

Поэтому наши части расквартировались на окраинах города и очень аккуратно обходили святыни стороной.

Далее начались бои под Рабат-Керимом. Русским противостояли отряды Эмир-Хикмета. Этот племенной вождь решил ни больше ни меньше как напасть на Тегеран, перебить там русских с англичанами, сжечь их миссии, выкрасть Султана-Ахмед-шаха, перевезти его в Исфаган и объявить город новой столицей Персии!

Прогнав Эмир-Хикмета обратно в горы, наши взялись за гилянцев.

Там правил храбрый и авторитетный Кучек-хан, вождь дженгельдийцев. Даже такой человек не устоял перед силой русского оружия и вышел из борьбы[104]."

"Затем пришел черед Керманшаха. Его обороной руководил лично граф Каниц, ставший к тому времени генералом германской армии. Город оборонял элитный 1-й Константинопольский полк, а еще толпы фидаев, беглые военнопленные и прочий сброд. Эти люди разбежались после короткой, но кровавой стычки. Каниц, видя крах своих планов, застрелился.

Русские нашли в Керманшахе следы опытов с вьючным газовым аппаратом.

Противник намеревался устроить в нейтральной Персии газовую войну…

Последним, уже в феврале 1916 года, пал Исфаган. Германо-турки потерпели поражение по всем статьям. Юный шах осмелел и выгнал наконец старого премьер-министра Мустоуфи-эль-Мамелека, лживого и хитрого германского прихвостня. Его место занял Ферман-Ферма, сторонник союза с Антантой. Жизнь во взбаламученной стране потихоньку стала налаживаться.

Новое правительство ловко выставило союзников на деньги, попросив у России и Великобритании 500 000 туманов ежемесячной субсидии.

Петроград и Лондон долго думали и согласились на 200 000 (по сто с носа). Еще отсрочили выплаты процентов по прежним шахским займам и разрешили распоряжаться таможенными доходами, которые раньше шли в погашение задолженности. Деньги и кровь в большой политике нераздельны…

Поручик Лыков-Нефедьев успел выполнить еще одно важное здание командования. Граф Каниц заложил в нашей Закаспийской области склады с оружием.