Я немного повозился с ними не корысти ради, а разминки для, отбивая атаки на верхнем и среднем уровне, потом резким ударом выбил хопеш из руки одного, а второго, более умелого, «уколол» в живот."

"Демонстрировать умение управлять колесницей мне не пришлось. Синухет решил, что, раз уж я так прекрасно владею луком и хопешем, с этим у меня, как дикаря с севера, где сейчас разводят лошадей, уж точно все в порядке.

— Предлагаю тебе место моего помощника, — сказал он. — Будешь получать содержание сенни.

Сенни — это командир колесницы, младший офицер, который считается старше пехотного уау, командовавшего дестью воинами.

— Учитель из меня не получится, — отказался я. — В моей стране обучают очень жестоко, за малейшую ошибку бьют больно, а у вас, как я слышал, так не делают. Поэтому ничему научить толком я не смогу.

По меркам египтян, я отказался от сказочного предложения. Сидел бы себе в тылу, обучал, не сильно напрягаясь, недорослей, стабильно получал щедрое содержание и не менее щедрые подарки от учеников. Это мечта многих египтян. Они не воины. Их страна со всех сторон защищена пустынями или морями, так что постоянно воевать не приходилось. Жители Верхнего Египта, где климат посуровее и есть контакт с дикими обитателями верховий Нила, еще так себе, а вот в Нижнем храбрецов среди коренных жителей не наблюдается. Из местных, за редчайшим исключением, в воины идут только дети иммигрантов, поэтому армия почти полностью из чужестранцев. Внуки уже не совершают такую ошибку, предпочитая воевать с пером (кистью) в руках. Уровень «сенни» меня не устраивал. Я привык к более богатой жизни, поэтому не собирался отсиживаться в тылу. Быстро разбогатеть можно только на войне. Для этого ее и придумали. Анупу рассказал мне, что египтяне свободно впускали в свое общество чужестранцев, особенно хороших воинов, как и в свой пантеон чужих богов, позволяли делать головокружительную карьеру, если чего-то стоишь и принимаешь или делаешь вид, что принимаешь их культуру. Это, как я знал, в итоге станет причиной того, что власть в Египте перейдет к воинам-чужеземцам, но не помнил, когда это случится. По прибытии в Мен-Нефер нам рассказали радостную новость, что фараон собирается идти войной куда-то на север, в страну Хару, южная часть которой называлась Кенана, а северная — Эмур, против населявших ее народов, а также каких-то шасу и иевусеев, которых всех вместе обозначали одним словом гиксосы. Видимо, как в будущем западноевропейцы всех кочевников, идущих на них с востока, будут называть сперва скифами, а потом татарами, так и египтяне всех своих северных соседей считают гиксосами. Как я понял, эмуриты — это мои старые знакомые амореи, обзавёдшиеся собственным государством. Названия остальных народов мне ничего не говорили.