Сережка дорогая, и ее, конечно, страшно жалко, зато будет чем похвастать перед Женькой (я имею в виду мою ловкость и проницательность). Тут мы въехали в родной двор, и моим испытаниям пришел конец. Козырев и Толик покинули машину и разом протянули руки с целью извлечения меня. Я отдала предпочтение Толику, а Козыреву улыбнулась. Между прочим, с истинным восторгом, что жива и наконец-то от него избавлюсь.

– Спасибо, – сказал Толик Козыреву. – Поезжайте, я задержусь ненадолго.

Родственник вроде бы растерялся, посмотрел на нас, попытался что-то молвить, но вышло лишь тягучее: «Э-э-э», после чего он простился и был таков. А мы замерли на тротуаре, таращась друг на друга.

Краем глаза я уловила, как возле соседнего подъезда остановилась «девятка», и только тогда успокоилась по-настоящему. Толик поднял взгляд к моим окнам и проронил задумчиво:

– Свет горит.

– Да. Подруга меня поджидает, в ее квартире ремонт…

– Ты рассказывала…

– Извини, что не приглашаю зайти, – пожала я плечами, предваряя возможную просьбу.

– Я все понимаю, – торопливо заверил Толик, я сказала:

– До свидания, – и собралась уходить, но он меня задержал.

– Анфиса.

– Что? – Я вновь начала беспокоиться и на всякий случай отошла на пару шагов.

– Я должен извиниться… Сегодня был тяжелый день, и я оказался не лучшим собеседником…

– Все было отлично, – перебила я, он взглянул удивленно и спросил:

– Да? – А я почувствовала себя дурой.

В общем, я взяла и брякнула:

– Твой родственник, он немного странный…

– Он наглый сукин сын, – заявил Толик. – И мне бы следовало послать его к черту, но… видишь ли, я был буквально выбит из колеи. Этот детектив, о котором ты мне рассказала… Моя сестра месяц назад утонула в Сочи, понимаешь? И я подумал, если человек, приславший мне рукопись, имел в виду… Он ведь что-то имел в виду, верно?

– Ты хочешь сказать, что Николай Петрович утопил твою сестру? – не удержалась я, мне очень хотелось, чтобы Толик из врага превратился в союзника.

Его точно громом поразило:

– Что ты? Конечно, нет. Он жутко самонадеянный тип и наглый до безобразия, но убить Стеллу?.. Кого угодно… – поправился он. – Нет. Николай на такое не способен. – «Еще как способен, – хотелось мне сказать. – Пошарь-ка у него в клумбе…» – Эта рукопись меня беспокоит. Извини, я не должен был впутывать тебя в личные проблемы… испортил тебе вечер.

– Вовсе нет, – заверила я. – Хотя, конечно, тебе есть над чем задуматься. Я имею в виду, если ты действительно уловил какое-то сходство между этим детективом и реальными событиями.

– Не в том дело, – поморщился Толик, замолчал, пожал мне руку и еще раз попросил: – Извини.

После этого мне осталось только удалиться, что я и сделала.

Женька встретила меня в дверях.