Для нас, во всяком случае! – в этом месте мой муж как-то нехорошо усмехнулся, заявив, что для самой Ирмы эта прогулка имела более печальные результаты.

- Ты знаешь, кажется, она сошла с ума! Да-да, когда к ней подплыли на лодке, она отмахивалась веслом от тех, кто хотел ей помочь, и голосила, что видела привидения. Самые настоящие, только в пруду. Якобы мальчик с собакой появились и хотели её убить. Была в крайне возбуждённом состоянии и успокоить её удалось далеко не сразу.

- Утопленники в нашем пруду решили покарать Ирму за все те гадости, что она сотворила? Ерунда какая! История в духе Матильды, как мне кажется, - удачно отбоярилась я.

– Во всяком случае, я точно ничего такого не встречала!

Глава 28

Генрих смотрел на меня с сомнением, но решил не продолжать беседовать на эту тему, тем более что я удачно и так вовремя сморщилась, подняла руку к голове, жалуясь на боль в затылке.

- Неудивительно, приложила она тебя знатно, - хмуро пробормотал Генрих, заботливо подтыкая одеяло. – Если честно, я сначала вообще даже глазам своим не поверил, когда увидел Ирму, размахивающую веслом, как дубиной.

- Да, кстати, - ощутимо поёжилась я.

– Что с ней сейчас? Надеюсь, она получит соответствующее наказание за то, что хотела меня убить?"

"Мой супруг помялся, глубоко вздохнул и сообщил, что не всё так просто с политической точки зрения. Мол, свидетелей того самого покушения не так много: он да я. Дамы сидели на лавочке, увлечённо сплетничая и не замечая ничего вокруг себя. Да и кроме того, княжество остаться без правителя вот совсем никак не может, а принц Вольдемар ещё слишком мал для того, чтобы взойти на трон. И что сам он, Генрих, то есть, прикладывает все усилия для того, чтобы ситуация разрешилась к нашему общему благу.

Вообще, нужно сказать, что сама княгиня была изрядно напугана и голосила, будь здоров, когда Генрих спас из воды и её тоже, довольно некуртуазно вытащив за шкирку. Причём, высказывалась она преимущественно непечатно, проклиная всех (меня, понятное дело, честила особо). Но не это вызвало сомнение в её нормальности, а некие странные уверения в том, что там, в озере, живут призраки, которые едва не убили Её Высочество. И в подкрепление своих слов швырялась всем, что под руку попало. Генрих крепко призадумался о степени сумасшествия княгини, но статс-дамы уверили его, что пока ничего особенного не происходит.

Но, от греха подальше и в целях собственной защиты попросили запереть княгиню в занимаемых ею покоях. Мол, чуть позже она оклемается, тогда и ответ по поводу попытки убийства держать будет. Правда, уже к вечеру княгиня не поняла причины собственного заточения, разнесла в комнатах всё, что могла, и визжала, что не только те призраки хотели её смерти – собственные подданные также желают её уморить.