И ни грамма заботы и даже некоей теплоты, однажды промелькнувшей между нами… Должно быть, со стороны наш брак казался безупречным!

Я же, мучимая столь непривычным для меня ничегонеделанием (даже привычной встряски от генерала не было, он решил, от греха подальше, не покидать своих комнат), обследовала каждый уголок дома в сопровождении Магды. Девчонка полагала моё занятие странным, но допустимым чудачеством. Мол, к чему госпоже графини знать все эти недостойные её внимания места? Как то: холодные кладовые с продуктами, каморки для уборочного инвентаря, пустующие комнаты западного крыла, где раньше жила графиня Тильда, а ещё гаже – все подвальные клети да пыльный чердак, на котором и вовсе, ничего полезного не сыщешь.

Вот именно на чердаке мы сейчас и находились. Только пыльным его никак нельзя было назвать: экономка своё дело знала хорошо и везде царила идеальная чистота и порядок."

"- А это что за помещение? – спросила я у Магды, показав на перегородку, отделявшую часть чердака от основного помещения.

Та равнодушно пожала плечами, сказав, что фрау Марта, наверняка, знает лучше, а ей оно и неинтересно никогда было.

Бодро прибежавшая экономка подтвердила, что она действительно знает, что там находится, за закрытой дверью. И нет, это никакой не секрет. Просто там лежат портреты славных предков господина графа. Часть внизу, в парадных гостиных, а часть вот, тут. А что за замком, так и это понятно – чтобы краски не поблекли да холсты не рассыпались. Тут же открыла мне неприятно скрипнувший замок и удалилась.

В небольшой каморке царил полумрак и была пустота, если не считать тёмных коробов, в которых были упакованы полотна. Не обращая внимание на тихо причитающую горничную, переживающую по поводу испачканного платья, я подняла ближний ко мне короб.

Вытащив из лотка первую картину, уставилась на красивую, чуть надменную статную молодую женщину, изображённую на ней. Она была изображена в саду, среди прекрасных цветов, но даже это не смягчало холодности дамы. Мне не нужно было смотреть на подпись внизу портрета, я уже догадалась, что вижу перед собой маменьку моего дражайшего супруга. Та же отстранённость во взгляде, тот же высокий лоб и яркие, невероятно глубокие синие глаза.

- Родительница моего мужа была очень красивой женщиной, - задумчиво произнесла я, продолжая рассматривать портрет.

Магда чуть оживилась и сообщила, что покойную графиню лично она никогда в жизни не видела, но её мамка утверждала, что та приезжала в поместье крайне неохотно и редко, не любила она местную глушь и тишину.

Отставив на время портрет свекрови, потянулась за следующим. На нём были изображены двое молодых людей в сюртуках, пышных галстуках, подпирающих подбородки, облегающих брюках и высоких сапогах.