Я никому. Очень прошу тебя! — умоляю.

Пётр усмехается:

— Если признаешься, что втрескалась. А, Галь? Прекрасные равнодушные девочки Адель умеют любить?

Глава 45

Я отвожу взгляд, а когда вновь смотрю на Петра, обжигаюсь о блеснувшую в глазах эмоцию. Словно желание на миг вырвалось из-под контроля, чтобы через секунду быть задавленным. Невольно отшатываюсь.

Нет, не могу.

Не могу я этим заниматься. Спать с другими, терпеть...

Ничего не получится.

В груди радугой вспыхивает надежда: вдруг я ошиблась в Истомине? Чувства, что держала под замком, вырываются наружу и топят.

Божечки, Артём...

Пётр делает глоток воды и смотрит в глубину зала, а я ощущаю сильнейший дискомфорт.

— Они умеют скучать, Петь, — произношу тихо. — Умирать от тоски.

— Офигеть. — Он качает головой. Вытирает губы салфеткой. — Ладно. Ничего нового я тебе не расскажу, только то, что знают все в окружении. Впервые эти двое встретились после универа где-то в Испании. Влюбились, но к концу отпуска Маша его кинула. Через несколько лет она случайно познакомилась с Марком, у них закрутилось. И тут выяснилось на семейном празднике, что Марк — брат того самого Артёма.

Год Маха и Тёмыч то избегали друг друга, то ругались, то боролись с чувствами. Не знаю даже, к чему бы привел этот треугольник, Артём слишком ценил Марка. Но случилась авария… — Пётр замолкает.

— Да, я читала о ней. Артём пострадал сильно.

— Ему было больше морально хреново. Мы все впали в шок, но Тёмыч... — Он вздыхает. — Со временем ребята на этой почве сблизились. Как показало время, зря.

Мурашки бегут по коже.

— Не сложилось?

— Зная Артёма, могу предположить, что он так и чувствовал вину перед Марком. А вина может отравить любое, даже самое светлое чувство.

Лично я стараюсь ее избегать максимально. Мешает жить, — усмехается Пётр. — Вообще, в Сочи я прям кайфанул от вашей пары. Такая легкость, естественность. Артём, кажется, впервые расслабился с той аварии. Когда я узнал, что ты с ним за деньги, реально обалдел. Искры же летели! У меня подобного давно не было. — В его глазах вновь мелькает огонек: — Завидовал.

В груди колет. Там цветы бутонами, фейерверки. Щеки горят. Артём со мной впервые расслабился! Начал жить!

— Из-за чего они расстались?"

"— Хм. В первый раз из-за работы Артёма.

Он же после универа поперся в полицию, отказался от денег отца, типа сам будет строить карьеру. Жил в съемной квартире. Это сейчас у него бабла немерено, а тогда были одни принципы. Кто ж такое выдержит? Во второй раз, похоже, просто допекли друг друга. — Пётр складывает руки на столе, смотрит в упор. — Маша ляпнула, что лучше бы он умер. Вместо брата. Может, со зла, может, в глубине души правда так считает. Артём после этого отменил свадьбу. И тут ты.

— В подарочной коробке, — шепчу я едва слышно.