Ладно, садись тоже со мной, выпей чая, – подвинула она ко мне кружку, и я, пусть и не хотела снова доставлять ей радость “отсутствием” у меня манер, отпила глоток. Чай показался странным, но у меня в целом изменились ощущения от вкуса еды и напитков. После страшного токсикоза, который, к счастью, прошел, пропал аппетит, и если я и ела, то всё казалось невкусным.

– Спасибо.

Я хотела улыбнуться, хоть внутри всё и горело от затаенной обиды и гнева, но в этот момент внизу живота прострелило тягучей неприятной болью. А затем по стулу стала стекать жидкость.

– Чего ты там стонешь? – пренебрежительно глянула она на меня.

– Я… Я рожаю! – крикнула я с надрывом, а затем встала еле-еле, ощущая, как нижнюю часть тела охватывает спазмом.

Нет-нет! Так не должно быть! Роды ведь только через три недели. Неужели с малышом что-то не так?

Глава 2

Свекровь впала в ступор, благо рядом крутилась моя помощница по дому Арина Павловна, ее протеже, от которой я не смогла отказаться. Вся прислуга в доме была подобрана лично ею, и от этого меня тоже коробило, но пока я ничего сделать была не в состоянии. Мое слово не имело в семье веса.

Меня отвели в спальню в ожидании скорой, но ни спустя час, ни спустя два она не приехала. Я всё шарила рукой в поисках телефона, но не находила его. И мне было почему-то так плохо, что даже не могла подняться с кровати. Что там? Веки не могла разлепить. На меня словно положили ватную перину.

– Что случилось, Валентина Архиповна? Скорая скоро будет? – спросила я у нее, чувствуя нарастающую тревогу.

– Нет, девочка, еще нет. Ты потерпи.

Телефон у меня, видимо, забрали, а в доме остались только я, Арина Павловна и свекровь. Не знаю, сколько прошло времени, но мне было так плохо, что я периодически уплывала в темноту, затем возвращалась в реальность снова. Что-то было не так.

– Скажем, что настояла на домашних родах, сама в этом виновата, – послышался голос свекрови. – Сейчас это модно. Многие дома рожают, вот и наша голодранка…

– Думаете, она не выживет? – шепот помощницы по дому.

– Злой рок. Судьба. А наш Илья женится на Кристине, та как раз вот-вот родит. Будет у нас долгожданный внук. Наследник.

Мне не чудится? О какой Кристине они говорят? Не о первой любви моего Ильи, на которой его семья хотела женить его? Помню, как сильно я ревновала, когда он рассказывал мне о своем прошлом, но он ведь убеждал меня, что все его чувства к предавшей его невесте, которая сбежала за границу практически из-под венца, давно умерли. Тогда о чем говорит свекровь?

– Не грех ли это? Может, вызвать всё же скорую или Илье Артуровичу сообщить?

– Замолчи, Арина, – прошипела как змея мать моего мужа. – Не тебе решать за мою семью. Я сама знаю, как лучше.