Ну и по­думала: чего ждать? Я честно хотела его любить, я старалась. Но… чем больше старалась, тем больше ненавидела. Если бы он хоть изменял мне, а он как нарочно… Идеальный муж, с таким не разводятся. Я думала, всю жизнь так, точно в аду. Нет любви, только притворство, и вся жизнь просто иллюзия. Дурной сон. И вдруг Илья. Мы познакомились слу­чайно, на улице. У меня какой-то тип сумку из рук выхватил, а Илья… впрочем, это вам не интересно. Мы стали встречаться, и тогда я поняла… впрочем, это тоже не интересно. Я хотела уйти от мужа. Но Илья, он… он пытался заработать деньги, он… я бы никогда не смогла вытащить его из этого болота. Я хотела, чтобы мы уехали, но ведь на это деньги нужны. Илюша смеялся, что любви без денег не бы­вает. Смеялся, но я боялась, он и вправду так дума­ет. То, что мы… то, что нам придет в голову изба­виться от моего мужа, было вопросом времени, Я это хорошо понимала. Очень хорошо. Самый простой способ: убить человека, которого я всю жизнь нена­видела. Но я боялась. Я очень боялась, потому что все сразу станет ясно: богатый муж и жена с любов­ником. Классический треугольник, и детектив тоже классический. И я предложила… я предложила ог­рабить Петечку, то есть его экспедитора. Это было так просто. Петечка такой доверчивый, он ничего не умеет скрывать, я даже знала, что у него дома хранится тридцать тысяч долларов. В шкафчике. А сигнализации в квартире нет. Но когда мы забра­ли деньги у экспедитора, Илюша только посмеялся. Там было восемь тысяч. Конечно, это крохи. А у мо­его мужа миллионы. Я очень боялась, что Илья… И я сказала: давай убьем Петечку. Мне было его жал­ко, – торопливо заметила она. – Очень. Но мужа убивать нельзя, все непременно догадаются. И мы стали готовиться. Но потом, когда я сказала, что там всего тридцать тысяч и больше мы все равно не по­лучим, Илья очень рассердился. Тогда я поняла, что выхода нет. Лапшина придется убить. Только так я смогу получить деньги. И тогда я все придумала.

– Что “все”? – спросил Артем. Он выглядел так, точно ему на голову вылили ведро холодной во­ды. Представляю, сколько добрых чувств в адрес жен­щины сейчас рождалось в его душе.

– Но ведь Илья рассказал? – робко спросила она.

– Сейчас мы вас слушаем.

Об убийствах ей говорить было тяжело, крупные капли пота выступили над верхней губой, она терла ладонь о ладонь, зябко дергала плечами."

"– Надо было убить кого-нибудь в большой ком­пании. Все равно кого. А потом еще нескольких, чем больше, тем лучше. И мужа, конечно, тоже. И тогда все подумают, что убирают свидетелей того первого убийства, Я надеялась, что все так запутается, что до нас никогда не доберутся.