Дама в дверном проеме потрясала воображение формами — ростом под метр восемьдесят, с не существующим в природе размером груди. Ручкой, достойной борца-тяжеловеса, женщина придерживала полы шелкового халатика, расходящиеся на природном феномене, название которого теперь становилось определенно понятным — бюст.

Мужичок, немного пониже незнакомки, в дорогом спортивном костюме, стоял на шаг впереди «барышни». Костюмчик целевого назначения не оправдывал — брюки удерживались объемным задком и впереди причинным местом под огромным животом, куртка на данной части тела, видимо, не сходилась, обрамляя его с боков.

Оба настолько были увлечены происходящим, как футбольные болельщики, когда наши выигрывают в чемпионате мира со счетом 3:0, что до сих пор не замечали Стрельцова.

В руках мужчина держал объемную женскую шаль.

Насмотревшись вдоволь, оглохнув от какофонии криков и визга, поняв, что этот балаган требуется угомонить и направить в продуктивное русло, Стрельцов отдал команду:

— Ти-ха!!!

Да так отдал, что воцарилась полная тишина, к которой он и призывал, даже Степан Иванович примолк, не завершив очередную визговую руладу.

Народ потрясенно глядел на вождя, появившегося в самый разгар анархического погрома.

— Что здесь происходит? — строго спросил за безобразие командир.

Тишина. До народа доходила с трудом резкая смена композиции и появление грозного командира на сцене.

— Бе-белка! — первой пришла в себя Инга, правда, не в полной мере.

— Минздравовская? — продолжая опираться плечом о дверь, скрестив руки на груди, выяснял Стрельцов без эмоций. — «Бухаете? Тогда я иду к вам!» Что, у всех сразу?

— Не-ет! — заверила Инга и даже головой покачала в подтверждение.

— Что Федя делает под диваном? — допрашивал командир.

— Ловит! — почему-то переговаривались только Инга и Стрельцов. — Загнал ее в угол и пытается поймать.

— Она его укусит! Федя, вылезай! — распорядился Стрельцов.

Федькин задок энергично задвигался, выволакивая на свет божий остальную телесную часть.

— Папа! — заорала счастливо Машка и, так и не спустившись на пол, встала на колени.

— Мария, почему ты на столе? — рулил далее Стрельцов.

— Так она ж кусается! А мы боимся! — освещала жизнь улыбкой его дочь.

— Так! — оттолкнулся от двери командующий и переключил внимание на незнакомцев. — Откуда зверь?

Дама, предварительно оценив мужчину взглядом, колыхнула призывно, с большим намеком, дивной красоты и причудливого размера бюстом и одарила томным голосом, тоже, видимо, с намеком:

— Это наше животное.

— Она от соседей забежала! — сообщила радостно Машка и ткнула указующе пальцем в сторону незнакомцев.