И как тогда быть? Ну и вообще, как при таком отношении нам оставаться супругами?

— Будьте покойны, после того как сын народится, я свой супружеский долг выполню честь по чести, — скривив губы в презрительной улыбке, произнесла она.

— Ага. То есть, откроете мне доступ к телу. Это уже хорошо. Есть на что надеяться.

— А вот хамить не стоит.

— Ну так и вы себя ведите соответственно. Думаете я в припрыжку согласился с вами под венец идти? Да ещё и при том, что вы непраздны. Меня перед выбором поставили, либо женюсь на вас, либо на плаху козлом отпущения взойду.

— А вы из себя весь такой невинный? — съязвила она.

— Вот такой невинный, — в тон ей ответил я.

— Вы хотели убить Мишу или нет? — холодно припечатала она вопросом

— Хотел конечно, — признал я, под её торжествующе обвиняющий взгляд, и уточнил. — Но не из-за угла, а вызвать его на поединок. Он на меня не на шутку осерчал, а потому пока жив был, нам не разойтись.

— Отчего вы так на меня смотрите? — невольно поёжившись под моим взглядом, она плотнее запахнула ворот плаща.

— К тому, чтобы вы поняли. Нам с Каменецким в этом мире было не ужиться, но и в спину его бить я не стал бы. Ну хотя бы потому что, мне тогда не жить. Слишком многие знали о том, что я ищу науськавшего на меня лихих. Наследил я так, что меня в таком убийстве измазать было проще всего. Не верите?

— Верю. Иначе ни за что не согласилась бы. Но вы всё одно желали смерти Мише, и готовили его убийство. Пусть даже и в правовом поле, но умышляли против него, — процедила она сквозь зубы.

— Ольга Платоновна, а отчего вас всегда сопровождают только возница и Любавин? — решил я перевести разговор на другую тему.

— А к чему мне много охраны? Фрол Акимович витязь с восьмым рангом, у него и воинский опыт изрядный, и тварей он предостаточно упокоил. Такой защиты более чем достаточно, — соглашаясь отойти от скользкой темы, ответила она.

— Я не к тому. Вы ведь девица, а потому вам бы не помешала спутница, вот я и думаю, отчего витязь, а не поляница. Ну или хотя бы служанка при вас, чтобы помочь.

— Ни к чему мне это. Дома, или в путешествии, там да, а в университете нам слуги не полагаются. Потому по Москве я только с ним и езжу.

— И что, Любавин всюду вас по Москве сопровождает?

— Разумеется. А с чего вы так любопытствуете?

— Да так, подумалось, что со служанкой вы ещё как-то смогли бы договориться, а вот с ним… Как-то не производит он впечатление человека, который станет халатно относиться к своему долгу.

— Всё в толк не могу взять, если Фрол Акимович вас всё время вне стен университета и дома контролирует, то как вы с Михаилом Антоновичем умудрились…

— Никита Григорьевич, вам не кажется, что вы переступаете за границы дозволенного?

— Учитывая то, что вы вскорости станете моей женой? Н-нет, — пожал я плечами.