Уровень норэпинефрина в крови повысился, что заставляло меня возбужденно концентрироваться на нашей беседе и не замечать, как течет время.

— Ого, уже полночь, — заметил Джон. Мы проговорили три часа подряд. Утром у меня был ранний вылет. Мы собрали нескольких оставшихся в зале профессоров и вывалились из бара.

— После вас, — сказал Джон, открывая передо мной дверь. Когда мы вышли на улицу, я по старой привычке посмотрела в ночное небо. Луна сияла прямо над нашими головами, как яркий маяк. Чтобы увидеть ее, нужно было запрокинуть голову на девяносто градусов. Ни разу прежде я не видела такой луны. Джон сделал снимок на айфон. Затем мы пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по своим номерам.

У нас с Джоном, безусловно, было много общего: мы оба были влюблены в работу; оба были жаворонками и просыпались до рассвета, чтобы многое успеть до начала рабочего дня; у нас были итальянские корни, эгалитарные идеологические взгляды, немного наивное чувство юмора и много других совпадений. Но не только они объясняли нашу связь. Хотя мы только что познакомились, Джон казался мне не посторонним человеком со схожими интересами, а скорее давно потерянным родственником. Я видела в нем часть себя. Мы могли заканчивать фразы и подхватывать мысли друг друга.

Как вы, возможно, помните из первой главы, нейроны — это основные строительные блоки мозга. Однако часть этих нейронов в двигательной системе и в областях, отвечающих за речь и автобиографическое мышление, запускается и когда вы что-то делаете сами, и когда смотрите, как это же действие совершает кто-то другой. Вспомните, какое удовольствие вы получаете, когда наблюдаете за другими людьми, занимающимися вашим любимым видом спорта, или как вы начинаете смеяться, просто видя, как кто-то смеется, даже если вы не слышали шутку. Нейроны, участвующие в этих действиях, запускаются, даже если вы переживаете эти события не непосредственно, а косвенно. Большинство людей думают, что поставить себя на место другого — значит запустить медленный процесс познания, но эмпатическая реакция возникает на клеточном уровне мозга мгновенно.

Однажды мне представилась уникальная возможность не только сотрудничать с Риццолатти в исследовании зеркальных нейронов у людей, но и подключить ученого к аппарату ЭЭГ и увидеть его мозг в действии.

Открытие Риццолатти запустило волну научных исследований во всем мире. Считается, что зеркальные нейроны участвуют во всем: от формирования речи до развития аутизма. Мне стало любопытно: отвечают ли они также за то, что влюбленные так хорошо понимают и предугадывают действия друг друга? Чтобы ответить на этот вопрос, я обратилась (что может показаться нелогичным) не к влюбленным парам, а к соперникам на теннисном корте.