Разве можно вести мирные переговоры с людьми, от которых его отделяет даже языковая пропасть?

Неужели война — это и есть человеческая сущность? Неужели людям только и остаётся, что бесконечно убивать друг друга и здесь, и в Реалворлде, и во всех остальных мирах?

«Этого не может быть!»

Ренли крепко сжал кулаки, борясь с наворачивающимися слезами.

Рыцарь единства Шета не убегала от смертельной опасности, решив защитить гладиаторов мира тьмы, которые всегда были их врагами. Причина, несомненно, в том, что встреча меча рыцаря и кулака гладиатора помогла им понять друг друга. Даже кровавый путь может привести к надежде.

Поэтому Ренли должен сражаться, а не стоять на месте, охраняемый людьми Реалворлда.

Он пошёл к передовой, чтобы предложить свою помощь отчаянно обороняющимся союзникам.

— Господин рыцарь, — вдруг раздался голос за его спиной. — Я пойду с вами.

Обернувшись, Ренли увидел рыжеволосую девушку-пажа из отряда снабжения — Тизе. Она крепко сжимала небольшой меч в ножнах и стиснув губы смотрела на рыцаря с печальной решимостью.

— Нет. Ты должна защищать его.

— Я доверила эту работу Ронье. Мой дорогой господин Юджио… — В глазах цвета осеннего клёна сверкнули слёзы. — Погиб, защищая то, чем дорожил. Я хочу брать с него пример.

Ренли прикусил губу. Даже будучи рыцарем единства, он не знал, выживет ли в этой битве, и уж тем более не мог поручиться за жизнь Тизе, которая еще не стала даже стражем.

Но тут раздался ещё один голос:

— Я тоже иду с вами, господин рыцарь.

Рядом с Тизе встала высокая девушка-офицер с длинными коричневыми волосами, собранными в хвост. Её одежда за время долгих битв успела испачкаться, а доспехи покрылись царапинами, но выражение непреклонности не сошло с её невозмутимого лица.

— Я до сих пор не исполнила обещание, данное Кирито, и не могу бросить в беде людей… и мир, который он так отчаянно защищал.

— Госпожа Сольтилина… — дрожащим голосом отозвалась Тизе.

Офицер слегка улыбнулась и кивнула ей.

Сражаться не за честь или гордость, а ради защиты того, что дорого.

Ренли почувствовал, как решимость девушек проникла в его душу и нашла там отклик.

Он коснулся одного из своих артефактов и медленно кивнул:

— Хорошо. Раз так, я буду вас защищать. Ни в коем случае не отходите от меня.

— Благодарю, господин рыцарь!

Тизе и Сольтилина ответили уверенными голосами, выхватывая клинки.

Ренли тоже снял с пояса артефакты.

«Эльдриэ. Шета. Командир Беркули, — мысленно обратился он. — Похоже, и я нашёл место, где готов расстаться с жизнью».

А затем рыцарь единства и две мечницы побежали на поле боя, полное криков и отчаяния.

Бегом вернувшись во Второй зал управления, Ринко Кодзиро села на сетчатый стул, на котором ещё недавно сидел Такэру Хига.