Люсьен провел нас по вымощенной камнем дорожке и открыл одну из двух кованых стеклянных дверей. Я последовала за ним, Ной – за мной. Мы вошли в фойе с белыми стенами и паркетом карамельного цвета.

У основания винтовой лестницы напряженно застыли мистер и миссис Лейк. Видимо, они решили встретить сына здесь, а не на крыльце, чтобы не показать своего нетерпения. Оба были седоволосы и одеты так, словно только что вернулись с клубного бранча. Что, кстати, вполне возможно. Они сильно волновались, но пытались скрыть это за манерами, которые моя мама называет «хорошим воспитанием».

Виктория Лейк сжимала в пальцах висевший на шее золотой кулон, а Грейсон Лейк покачивался на пятках, держа руки в карманах. Как только их сын пересек порог, в глазах миссис Лейк блеснули слезы, и она направилась к нему – медленно, словно бредя в воде.

– Ной, – сказала она. – Мне хотелось бы тебя обнять.

– Хорошо, мам, – хрипло отозвался он и отпустил мою руку.

Я отступила, и миссис Лейк осторожно обняла сына за шею. Когда же он обнял ее в ответ – сначала нерешительно, а потом крепко, – у нее вырвался звук, от которого и у меня заслезились глаза.

– Ты замечательно выглядишь, – произнесла миссис Лейк, отстранившись от Ноя на расстояние вытянутой руки. – Правда, он выглядит здоровым и сильным? Грейсон?

Мистер Лейк пошел к нам.

Ной, видимо, знал, чего от него ждут, и вытянул руку вперед.

Мистер Лейк притянул Ноя к себе и тоже обнял, что удивило их обоих. Растроганная, я вцепилась в руку Люсьена. Похожие эмоции у меня вызывали популярные в интернете видеоролики, в которых чувствительной леди говорили, что она скоро станет бабушкой, или военнослужащий радовал свою мать внезапным приездом. Такие мгновения всегда трогали меня за душу, в сейчас подобное происходило прямо на моих глазах и отзывалось в сердце в миллион раз сильнее. Когда с любимым человеком случается что-то чудесное, это неизменно вызывает безумную радость.

Миссис Лейк повернулась ко мне.

– А ты, должно быть, Шарлотта, – она обвила меня руками, заключая в облако дорогой ткани и парфюма. Ее объятия были теплыми и радушными. – Я очень рада познакомиться с тобой. Мы обязательно посидим с тобой и поболтаем, только ты и я.

Миссис Лейк произносила слова неспешно и отстраненно, но ее глаза говорили больше любых слов. Ей, конечно же, хотелось поговорить со мной о сыне, но она не могла сказать этого вслух, не смутив его.

Ее муж оказался менее сдержан.

– Отличная работа, мисс Конрой, – пожал он мне руку.

– Пап, – покачал головой Ной.

– Ты же здесь, разве нет? – Грейсон Лейк улыбнулся мне сверху вниз. Он был так же высок, как сын. Они все были такими. Люсьен, и тот возвышался надо мной. Мистер Лейк коснулся моей руки. – Кое-кто заслуживает похвалы.