И, самое главное, все арестованные немедленно стали давать признательные показания.

Убить Аллу Михайловну нанял их тот, четвертый, застреленный при задержании. Заплатить обещал пятнадцать тысяч долларов. Он был, очевидно, посредником – а самого заказчика они не знают, о мотивах преступления представления не имеют. Он же, мертвый теперь посредник, снабдил их оружием, машиной-фургоном «Бокстер», рассказал о том, где проживает жертва…

Посредник почему-то настаивал, чтобы пенсионерку «убрали тихо». Чтобы она просто исчезла.

Поэтому в среду на той неделе преступники выкрали телефон ее внука Ивана. Прибыли в Листвянку. Позвонили с номера Бартенева-младшего и выманили Аллу Михайловну из дома. Едва только посадили в машину – с ней случился сердечный приступ. Насилия они не применяли.

Труп женщины отвезли туда, куда подсказал посредник: под мост спецтрассы близ канала на Лосином Острове. Он же как-то договорился с ментами на постах спецтрассы.

Когда они сажали жертву в машину, заметили, что за ними наблюдает таджикский мальчонка. Посредник сказал, что ненужного свидетеля придется убрать.

На второй день они вернулись в Листвянку, заманили пацана в машину шоколадкой, а там, связав ему руки и ноги, отвезли его в тот же лесопарк и кинули в заброшенный колодец.

Итак, преступники стали колоться – только успевай записывать. А потом… Потом дело о двойном убийстве в Листвянке забрала себе, ввиду его особой сложности, важности и резонансности, областная прокуратура.

– Областной лишь бы пенки снимать, – презрительно заметила по этому поводу Анжелика.

А полковник отметил про себя, что в показаниях убийц содержится немало лакун – и это вполне объяснимо, иначе им пришлось бы отвечать на гораздо большее количество вопросов. Итак, они ни словом не обмолвились ни о флешке, ни о диске, которые были их главной целью; ничего не сказали по поводу «сыворотки правды», которую вводили жертве; а, главное, ничего не говорили о связи двух данных преступлений с убийством журналистки Вержбицкой.

Они ли застрелили Анну? Может, действовала вторая группа, целью которой была только журналистка?

Это оставалось неясным.

А диск с записью… Ну, что ж: поговорив со своим однокашником и бывшим сослуживцем, Марат, видимо, решил: Валерий Петрович – не тот человек, чтобы предавать его гласности. Для Ходасевича – их так учили! – интересы государства по-прежнему важнее, чем какие-то там права человека… Злополучный диск Ходасевич сдал, вместе с подробнейшим рапортом, полковнику Ибрагимову.

Над рапортом он корпел всю среду. В бумаге он описал с точностью до минуты все, что с ним происходило начиная с ночного звонка своей бывшей супруги в ночь с пятого на шестое.