А что случилось?

– Она решила, что я собираюсь ее запереть дома с будущим ребенком, сделать еще одну Ангелину.

– Я бы не сказала, что Ангелина часто дома сидела.

– А еще у ее у мамы наследственная болезнь, и она боится передать ее своему ребенку.

– Ох, – только и сказала мама, а меня это «ох» взбесило еще больше. Оно было почти безнадежным. Но мне плевать, если даже детей у нас совсем не будет. Главное, чтобы Полина вернулась. И тут мама меня удивляет. – Ты любишь эту девочку?

– Люблю, – тут без вариантов.

– Тогда стоит сказать ей об этом. И сказать, что для тебя главное она, а не ее матка. Понимаешь?

Да, ясно-понятно, что Паркинсон лишь одна из причин для побега, а на деле она просто обижена тем, как я с ней обходился, что не разговаривал и не обсудил самое главное. Наше будущее и то, кем я вижу ее в своей жизни. И да, я слукавил, ибо был уверен, что после того, как она залетит, причин работать больше не будет. Она просто будет греть мою постель и готовить свои божественные блинчики.

Теперь осталось во всем признаться ей, получить по башке и жить долго и счастливо.

До спортивного бара с громким названием «Фанат» мы добираемся за пол часа. Пробок все больше, и я уже понимаю, что количество машин на дорогах помешает нам найти Полину быстро. Но сначала надо понять, где искать ее в этот поздний час. Куда она могла пойти.

Я звоню Синицыну, и уже через пару минут он выходит. С дорожной сумкой. Садится в машину.

– Здорово, что даже такси заказывать не надо, – жмет он мне руку и кивает Славе, который стоит и ждет команды.

– Да, пока едем в аэропорт, будем думать, где найти твою Полину.

Я киваю Славе, и мы сливаемся с пробками.

– Я не понимаю, как можно запомнить все. Но давай, что помнишь?

– Да я все помню. Особенно то, что до своего отчима они с матерью долгое время жили в однушке в деревне далеко за МКАДом. Снимали квартирку у какой-то бабки. Надо имя вспомнить. Вроде Миронова.

– И почему Полина должна была поехать туда?

– Ну, во-первых, ей больше некуда. Клинику, где ее мать, ты проверишь, дом, где она жила еще совсем маленькой, продали, дом, где она жила с отчимом, она ненавидит. А в этом месте она даже успела в школу походить, значит, в том поселке и следует ее искать.

– Тут я уж не знаю. Думаю, знакомых у нее хватает. Ты разберешься.

Для начала я звоню по своим каналам, чтобы на всех вокзалах и аэропортах следили, чтобы Куликова не уехала из города. Но она могла всегда взять попутку. А значит эта подмосковная деревня единственный вариант найти ее быстро. Тем более ей нужно где-то переночевать.

На минуту в салоне воцаряется тишина, и я замечаю, что небольшая кожаная дорожная сумка стоит рядом со мной, а ее ручки держит Кирилл.