Название деревни, школа, в которой училась Полина, и даже список учеников. Этого было достаточно, чтобы уже сегодня вернуть Полину домой.

Мы тормозим возле аэропорта спустя три часа разговоров, после которых он наконец начал обращаться ко мне на «ты». Я иду его провожать.

– Удачи тебе с Полиной. Надеюсь, помог.

– Еще как. Может, и я смогу тебе помочь? Нужны вложения в Питере?

– Ты и так мне помог в свое время. Так что теперь только сам. Счастливо.

Мы жмем руки и прощаемся, а я бегу в машину и называю деревню, местоположение которой Слава забивает в навигаторе. Пора Полине уже домой.

– Слушай, я тебя точно не потесню? – смотрю, как она тяжело ковыляет со своим животом. В школе в деревне именно она стала моей подругой, но потом мама вляпалась в Павлова и мне было не до Машки. На самом деле стыдно. Особенно стыдно, когда она спокойно ответила на звонок и даже пустила к себе. А если учесть ее положение, так вообще.

– Глупости какие. Диван, на котором ты спала, стоит там же, – смеется Машка и стелет мне, еле-еле наклоняясь.

– Нет мужа. Только мама.

Мне стало не по себе. На сносях, без мужа. Я сразу с грустью и нежностью подумала о Вове. Он бы не позволил мне быть одной. Из-под земли бы достал. А может и сейчас достанет, но точно не сегодня.

– Почему не позвонишь ему.

– Полин, мы не виделись кучу лет, я рада тебе помочь, но душу открывать не хочу. Никому. Не обижайся только.

– Ни за что. Ты прости, что я не звонила.

– Ну так и я не звонила. Подруги они на то и подруги, что даже не созваниваясь остаются ими. Отдыхай, – дает она мне подушку и уходит в соседнюю комнату ветхого дома. Он и раньше был не самым целым, а теперь такие сквозняки, что ужас. А еще крыша течет, стоят пара кастрюль. Но здесь всегда было тепло и уютно, и я часто приходила ночевать именно сюда, только чтобы не слышать нытья мамы, как ей плохо живется в съемной квартире.

Я долго верчусь на диване, не могу уснуть. Думаю о маме, о Вове, даже про Тимура. Интересно, он будет скучать по мне? А Володя. Быстро найдет замену? Молоденькую секретаршу, которая даст ему все, чего он хочет. Или более зрелую женщину, которая воспитает его сына как полагается.

И думая про это, я уже возненавидела молоденькую и зрелую, вырвала им все волосы и дала пинок под зад. Ну зачем Володе еще ребенок. Ну чем его Тимур не устраивает. Скоро, может, даже внуки пойдут лет через двенадцать, а он ребенка захотел. Дурак, блин, ведь все же хорошо было. Может быть, если бы он пообещал не давить, может быть, если бы мы придумали, как избежать болезни ребенка, которая все равно накроет в тридцать. А может и самой стоит провериться.

Ну почему я не подумала об этом три часа назад. Может быть, Володя уже шампанское открывает, что избавился от меня, а Тимур с его мамой пляшут победный танец.