Все доктора единодушно считали, что головная боль – следствие полученной им шесть лет назад травмы. С тех пор его организм стал бунтовать против ритмических движений любого рода.

Образ скачущей галопом лошади заставил Квила передернуться. Он крепко сжал челюсти. Для человека, живущего рассудком, нет ничего хуже, чем оплакивать то, что он безвозвратно утратил. Отныне женщины и лошади – часть его прошлого, но уж никак не будущего.

Он усмехнулся. Развлечения, от которых он был вынужден отказаться, совершенно не интересовали его брата. В этом смысле они с Питером были так же похожи, как лед и пламя.

Но в любом случае его тревога за Габриэлу, видимо, напрасна. Может, женитьба и не по душе Питеру, но все-таки он любит бывать в дамской компании. А тут – приличная мисс, к тому же наполовину француженка. С ней он сможет обсудить светские сплетни, поговорить о новинках моды и посещать балы. Она вполне способна стать для него самым близким другом. Габриэла. Необычное имя. Пожалуй, даже красивое. А его брат наделен редким даром – он умеет ценить красоту! Несомненно, утонченная молодая леди сумеет покорить его, и он примирится с нежелательной женитьбой.

Ему же, к сожалению, придется оставить надежду, что эта прекрасная незнакомка когда-либо станет его женой.

– Тигр пробирался сквозь густые заросли, – интригующим шепотом вещала Габби. – В небе высоко над ним пели птицы. Он шел крадучись, мягко переставляя лапы, и облизывался в предвкушении восхитительной пищи. А она бежала впереди него, – добрые карие глаза Габби заблестели. Феба Торп, пятилетняя сирота, отправленная после смерти родителей обратно к родственникам в Англию, вздрогнула.

– Но джунгли внезапно кончились, – продолжала Габби, – и тигр резко остановился. Козочка теперь гарцевала у самой воды, мелькая белыми копытцами. Лазурные волны Индийского океана разбивались о них и разлетались в стороны радужными брызгами. А тигр боялся воды. Голодный желудок гнал его вперед, но сердце колотилось от страха. Тигр задержался возле дерева бонго-бонго. Там была большая тень, крапчатая от солнечных пятен…

– Мисс Габби, – тревожно прервала ее Феба, – но если бы тигр не съел козочку, он остался бы без ужина в тот вечер?

В карих глазах Габби зажглись веселые искорки.

– Возможно, тигр пришел в такой ужас от собственной трусости, что стал вегетарианцем. И тогда он поселился вдали от воды, на высокой горе.

– Я так не думаю, – задумчиво произнесла Феба, будучи очень практичной девочкой. – Вероятнее всего, тигр побежал за козочкой и съел ее.

– Все представители семейства кошачьих очень боятся воды. Тигр не замечал красоты танцующих волн.