– Я вернусь, – прошептала она, прижимаясь к стене всем телом и стараясь не всхлипывать. – С драконом или на драконе. Но вернусь и спасу тебя!

Тьма обрушилась сразу со всех сторон, и Юна закричала от боли, разрывающей сердце. Закрыла глаза, не в силах противостоять собственному страху. Сползла на землю, закрыла голову руками и сжалась.

Она чувствовала, как со всех сторон тянутся лапы, путы и лозы. Как они безжалостно хватают ее, рвут на куски, а вокруг все дрожит как при землетрясении. И вновь те оранжевые глаза с вертикальными зрачками, которые, кажется, смотрят в самую душу…

Она не знала, сколько так просидела. Может час, а может всего пару минут. Пока слабое свечение не привлекло ее взгляд. Оно пробивалось сквозь сжатые пальцы.

Юна судорожно выдохнула и раскрыла ладонь.

Медальон. Он светился ровным оранжевым светом. Но стоило коснуться его – и свет усилился, давая рассмотреть пространство на несколько шагов вокруг.

Теперь Юна видела, где находится. Отец вытолкнул ее на площадку, от которой вверх тянулась узкая лестница, вырубленная прямо в скале.

Где-то там наверху был и выход…

Девушка прислушалась, надеясь уловить хоть звук за стеной. Но то ли там никого уже не было, то ли стена была слишком толстой – она ничего не услышала, как ни прижималась ухом к холодным камням.

Наконец, когда тело окончательно затекло, а разум кое-как смирился с происходящим, Юна тяжело поднялась и вытянула руку, держа медальон на весу. Тот послушно осветил истертые временем ступени и стены с глубокими бороздами. Казалось, их оставил огромный зверь. Она даже догадывалась, какой.

Когда-то эти места познали гнев драконов. В память о тех временах остался огромный котлован, в котором исчезла половина Астерийской столицы.

Но сама Юна никогда драконов не видела. Вот уже сто лет они жили обособленно, мало кого к себе приглашая, и сами не спешили покидать границы Вальдхейма. Последняя стычка с людьми обошлась и тем, и другим очень дорого.

Девушка поднесла медальон ближе к стене. Следы, оставленные гигантскими когтями, были такими глубокими, что она невольно поежилась. Страшно представить, что случилось с теми беднягами, которым не повезло попасть в эти когти!

Это заставило ее вспомнить о собственной цели.

Князь драконов. Ее обещанный жених.

С самого детства, сколько она себя помнила, ей часто снился один и тот же сон. Начинались эти сны по-разному, но заканчивались всегда одним и тем же: из темноты надвигалось что-то огромное, смертельно опасное и живое. Интуитивно Юна знала, что это дракон. Но не могла понять, почему он ей снится. И никогда не видела его целиком, только глаза – желтые, переливающиеся, словно янтарь на солнце, с узким серповидным зрачком.