Забавно получится: два лучших друга, две подруги и две семейные пары!

Улыбнувшись своим мыслям, Артем с какой-то появившейся в голосе теплотой снова попытался успокоить Тамару:

— Да не переживай ты так, не забыл он ни тебя, ни нас. Когда уезжал, попросил меня за тобой присматривать, помочь, ежели что. А я как послушаю Инку вечером, так и ловлю себя на мысли, что ты сама кому угодно поможешь! Леша в тебе не ошибся… Найдется он, никуда не денется! Просто так мы его никому не отдадим! — заключил он обнадеживающе.

Тамара благодарно улыбнулась в ответ.

Заново сварив кофе, они посидели еще немного на кухне, поговорили об институтских делах, о планах после учебы. Впервые за все время знакомства они разговаривали как добрые друзья, и обоим от этого было приятно."

"И все же, как ни хотелось Тамаре дождаться Инночку, она чувствовала себя неловко: провести столько времени в обществе мужа пусть даже лучшей подруги было неудобно. Не зная, как правильнее проститься с Артемом, она смущенно коснулась щекой его щеки и попросила:

— Если узнаешь что-нибудь о Леше, сообщи сразу.

Пожалуйста. И Инночку береги. Я ее очень люблю.

— Я тоже, — ответил он ей теплой улыбкой.

Закрыв входную дверь, Артем задумался, постоял какое-то время в прихожей, затем достал записную книжку и решительно снял трубку телефона.

…В следующее воскресенье утром в квартире Рождественских раздался долгожданный звонок.

— Привет! — сквозь треск телефонной линии послышался голос Алексея. — Что там у вас происходит?

— Это ты объясни, что происходит! Никому не пишешь, ничего о тебе не слышно! Тамара вся извелась от переживаний, каждый день тебе строчит! У тебя совесть есть? Трудно ей пару строк черкануть?

— Не получал я никаких писем, — после долгой паузы ответил Алексей.

— Может быть, адрес неправильный?

— Адрес правильный, — донеслось из трубки. — Письма от родителей доходят нормально, а от вас ничего. Вчера очередное из дома получил, из него и узнал, что ты им звонил. Она действительно мне писала? — недоверчиво уточнил он.

— Ну конечно! — воскликнул Артем. — Я сам три письма отправил! В жизни столько не писал! Томка в прошлое воскресенье приезжала, расплакалась… По-моему, я ее недооценивал… Чего молчишь?

— Даже не знаю, что сказать… Я уж решил, что никому не нужен: отряд не заметил потери бойца… А в последнюю неделю такая тоска обуяла, что даже с Лидой стал тесно общаться.

— Охренел, что ли! Завтра же сходи на почту и спроси о письмах! Кстати, мог бы и раньше позвонить. Прежде не был таким гордым… Вспомнил! Тамара тебе в среду заказное письмо с уведомлением послала.