С сожалением думаю, что, возможно, будь у меня в свое время в автошколе такой, как Илья, автоинструктор, то я бы и ездила с большим удовольствием и относилась к этому с меньшей опаской. Может быть, даже ужалась в тратах и накопила на простенькую иномарочку. Был бы стимул и желание. Но мой же – монстр Вася – орал, истерил и постоянно ругался, сетуя на то, что женщинам вообще зря разрешили сдавать на права. 

– В общем, жмем на газ, машина едет, – подытоживает все вышесказанное мужчина.

– Угу, – растерянно киваю в ответ, пытаясь успокоить галоп сердца и гул барабанов в ушах.

Паника. С ног до головы меня накрывает паническая атака. А мозг - зараза подкидывает яркие картинки того, что случится, если вдруг глупая, я перепутаю педали тормоза и газа. Нет, плохая мысль. О-о-очень плохая мысль!

– Настя-я-я? Ты жива еще? – смеется гад-Сокольский, когда я, вцепившись в руль, большими от страха глазами смотрю на дорогу, приготовившись трогаться с места.

– Если ты чуть расслабишь пальчики на руле, он не убежит, – тихо смеется Сокольский, вальяжно развалившись на соседнем сиденье и устроив руку на подлокотнике.

– Дурак, – бросаю обиженно, краснея, как рак, и дуя губы. Но хватку побелевших от натуги пальцев ослабляю.

– Помню. А ты где право-лево помнишь? – продолжает издеваться негодяй.

– Может, хватит? – выдыхаю обиженно. – Посмеялись и будет, – бросаю руль и вместе с ним всю эту дурацкую затею. Тянусь к ремню безопасности, дерганно отстегивая. Вот только пальцы не попадают по кнопке, и в итоге психовать начинаю еще больше.

– Воу-воу, стой, я же просто шучу, – перехватывает мои запястья Илья, – пытаюсь тебя подбодрить и вернуть к привычному состоянию, Загорская.

А то ты дрожишь, как цыпленок.

– Ну, спасибо. Еще и цыпленком обозвал! – морщу нос, бросая уничтожающий взгляд на мужчину. – Ну, так садись сам, и мы быстрее поедем…. петух.

Но моя злость только больше его раззадоривает.

– Петух, ладно, но до дома нас везешь сегодня ты.

– Мы дома. Пошли вернемся, а? – выпалила и не сразу соображаю, что. Но и правда, квартира, где мы были вдвоем, всего за одну ночь стала для меня домом. Уютным, тихим, полным любви домом. А там…

– Вернемся, – вздыхает Сокольский, посерьезнев.

– Обещаю, что мы сюда еще вернемся. Хочешь, даже задержимся в отпуске и еще неделю выделим для себя. Только мы вдвоем, Настя. Этому городу еще есть что тебе показать.

– Нельзя, – говорю с сожалением и отвожу взгляд, снова укладывая руки на руль.

– У тебя в следующий понедельник важная сделка. А у меня… – а у меня неподписанное заявление на увольнение. – А у меня неважно. Так, – машу головой, отбрасывая все посторонние мысли. – Пора ехать…

И еще раз, по новой. Ногу на педаль, руки на руль, глаза на дорогу.