Кстати, господа, вас не удивило, что русские настаивают на закрытии ядерной программы? Неужели так боятся атомных бомб? Кстати, как у нас там дела?

– Пока довольно вяло, – пожал плечами вице-президент. – А что заинтересовались ей, так что тут удивительного? Они ведь и сами активно занимаются этими вопросами. Вот и не хотят конкурентов.

– Так они же не бомбами занимаются, – заметил министр иностранных дел.

– Откуда мы знаем, чем они на самом деле занимаются? Может, это все болтовня. Полагаете, они перед вами отчитываются? – раздраженно бросил военный министр.

– Допустим, – хмыкнул президент. – И что вы предлагаете?

– Как что? Напрашивается только один вариант – форсировать работы по атомному оружию. Они его неспроста боятся.

– Вы уверены? Может быть, это отвлекающий маневр? Ведь эти разработки обходятся нам очень дорого. Если мы еще больше сосредоточимся на них, то расходы возрастут в несколько раз.

– По данным нашей разведки, в Советском Союзе начали интенсивные работы в этой области раньше, чем у нас. То есть до войны. Очень маловероятно, что такой трезвый и прагматичный политик, как Сталин, решится на финансирование столь грандиозного проекта без каких-либо гарантий успеха.

Особенно в канун большой войны. Если все верно, что говорят наши ученые, то атомные бомбы могут стать тем оружием, которое поможет нам остановить их флоты. Возможно, что для нас это единственный шанс.

Высокая комиссия в лице военного министра Конфедерации Михаила Тухачевского и его заместителя Хайнца Гудериана с обширной свитой сопровождения смешанного состава вышла из пассажирского самолета на весьма впечатляющем аэродроме «Байконур».

Могучие железобетонные плиты взлетно-посадочных полос, покрытые аккуратно уложенным асфальтом, радовали взгляд и поражали своим размахом и качеством. Настолько, что Быстроногий Хайнц смотрел на все это и никак не мог понять, где он находится. «Как в этой глуши могли построить такое чудо и зачем?»

Но его отвлекли от мыслей – к самолету подъехали три небольших автобуса и командирский «ГАЗ-61» для руководства, то есть для него с маршалом.

– Я поражен! – произнес он, когда они двинулись. – Такой аэродром в глуши! Что же тут должно находиться?

– Космодром, – со скучающим видом произнес Тухачевский.

– Что?! – На Гудериана было больно смотреть. – Но как?! Зачем?!

– Удивил? – усмехнулся Тухачевский.

– Если честно, я немного слукавил. На текущий момент этот объект не является действующим космодромом, но его готовят к этой роли. Пока что этот объект является закрытым центром по разработке и испытанию ракетной техники, на котором нами были сосредоточены все советские и германские специалисты в этой области.