Наконец, пришла обжигающая волна освобождения и Влад, с облегчением передернувшись, приказал:

— Оближи, — дождался, когда девушка выполнит и слегка оттолкнул ее. — Свободна.

Мужчина брезгливо посмотрел вслед девушке и направился в душ.

Продажная любовь вызывала отвращение, но, к сожалению, совсем без нее обходиться не получалось.

«Надо завести кого-то постоянного, пока я тут парюсь, — подумал Влад. — Сказать Сереге, пусть поищет».

— Серый, — окликнул он хозяина дома, входя в холл. — Помоги-ка в одном деле. Найди мне девчонку, чистенькую, не потасканную, но не целку, не хочу мороки. Кого-то с денежными проблемами, скажи — месяц поработает грелкой, получит хорошие бабки.

— Что, королева минета тебя не впечатлила?

— Да как подумаю, сколько членов она до меня отсосала, с души воротит, — признался Владислав. — Не привык к секонд-хэнду.

— Так женись и будет тебе и эксклюзив и олл инклюзив, — хохотнул Сорокин.

— Ага, щазз! Женюсь и сяду на голодный паек. Эта стерва, которую мне родители сватают, по большим праздникам давать будет и то, если хорошо попросишь, а сама и сейчас из чужих штанов не вылазит.

— Да ну? Если падка на это дело, то почему думаешь, что мужа на голодный паёк посадит? Ну и всегда можно в бубен дать, если кочевряжится.

— Дай такой в бубен, от тестя сразу отвертка прилетит — замучаешься счета айболитам оплачивать, — поморщился Морозов. — Из вредности посадит. Муж, в ее понимании, это такой бездонный кошелек, который призван оплачивать все ее запросы, а чтобы активнее оплачивал — будет постелью шантажировать. Я насмотрелся на такую вот семейную жизнь у знакомых, потому и уперся. Отец с тестем и женушка в шоколаде, а мне рогами люстры сшибать и дрочить под одеялом.

— Да, не повезло тебе, — посочувствовал Сергей. — Жениться надо на сироте!

— Нет, жениться вообще не надо. А надо найти молодую сироту, небалованную, которая слаще морковки ничего не видела, приодеть, подкормить и трахать, сколько влезет, еще и благодарна будет.

— Ладно, поищем мы тебе «сироту». Пошли спать, завтра на производство ни свет ни заря.

Владислав перехватил полотенце поудобнее и бросил вслед уходившему Сорокину:

— Ты Аську видел — какая она сейчас?

— Красивая, Влад, аж глазам больно. Прикинь, я ее сходу и не узнал, ведь как она тогда уехала, так больше и не виделись. Потом хотел подкатить, но Эдька запретил даже подходить. Поди, для себя держит.

— Понятно, ладно, пошли спать.

— А хочешь, — загорелся Сергей. — Мы Аську тебе в грелки позовем? По старой памяти?

— Дурак ты, Сорокин, — покачал головой Владислав. — У нее наверняка муж и дети по лавкам, семь лет прошло.

— Муж не стенка, подвинуть можно.