Понял?

– Да понял я, не дурак.

– Хорошо, что не дурак. Пока, Силач.

Когда распорядитель ушел, Штифтан осознал, что оказался в затруднительном положении. Он не верил в то, что его оставят в живых, и понимал, что слова распорядителя были предназначены для наивных простаков. Штифтан не считал себя таким, да и не был таковым. Возможно, он не отличался решительностью и не любил оперативную работу в качестве полевого агента, но он был способен понимать ситуацию с полуслова. Его ожидала смерть, и он должен был быть готовым к любым неожиданностям. Однако до конца отдыха он так и не смог найти выход из положения.

На арене его ждал молодой, атлетически сложенный парень с длинными локонами и красивым лицом. Штифтан сразу понял, почему ему приказали проиграть. Это был чей-то любовник, который хоть и не выглядел женственным, но был чертовски привлекателен, а такие здесь в почете у богатых старикашек. Выбор у парня был невелик: либо погибнуть, либо стать любовником местного сибарита. Штифтан мысленно усмехнулся. Планеты меняются, а нравы людей остаются прежними. Везде есть свои извращенцы и подонки.

Распорядитель торжественно объявил зрителям:

– Господа, сейчас начнется последний поединок этого дня, два новых претендента в доны сойдутся в открытом честном бою. Здесь запрещены бег и кидания ящиками, только честный ножевой бой лицом к лицу. Приготовимся, господа, и будем смотреть на красивый поединок.

В синем углу арены стоял Силач, в красном – Бестия.

Раздался гонг, и Бестия бросился к Штифтану. Эрат сразу понял, что блондин не боец, все его победы были куплены, а противников вынесли вперед ногами. Он стоял и ждал, когда тот нападет, и тот напал, бестолково направив удар прямо в грудь Штифтану.

Тот принял удар, немного отклонившись, и клинок прошел вскользь. Он ухватил руку противника и повис на ней, прижимая ее к себе и не давая снова ударить. Парень начал дергаться, но из цепких рук Штифтана вырваться не мог. Штифтан стал заваливаться и потащил противника на себя, упал на спину и одновременно с этим повернул кисть руки Бестии обратно, так что лезвие его ножа смотрело в грудь самого парня. Штифтан громко испуганно закричал, и противник, упав, наткнулся на собственный нож. Штифтан начал орать и ерзать под обмякшим телом соперника, который обагрял его кровью из широкой колотой раны.

Зрители не понимали, что происходит: один лежит, другой орет и корчится под телом молодого парня. Наконец Штифтан вылез и пополз прочь, держа в руках свой кинжал, не испачканный кровью. Бестия продолжал лежать, не подавая признаков жизни, к нему никто не подходил, а в зале начали роптать зрители. Штифтан отдышался и направился к парню, присел рядом с ним и перевернул его на спину.