Именно эта антипатия не позволяла зачастую тьяйерцам быть полноценными членами общества. Дело усугублялось врожденной осторожностью и сильнейшим инстинктом самосохранения, которые людьми и гурянами часто воспринимались как трусость. Но часто те, кому довелось познакомиться с представителями расы тьяйерцев более близко, в корне меняли свое мнение.

… Несколько минут не было слышно ничего, кроме ругательств Гадди и напряженного сопения пробравшегося к нему гурянина. Затем наконец вспыхнул тусклый красный свет аварийного освещения. Открывшаяся взорам оставшихся в живых картина ужасала. Все, что могло оторваться, оторвалось. Кругом свисали куски лопнувшей внутренней обшивки и жилы проводов.

— Мы на поверхности планеты… — Лай, пробравшись к аварийному пульту управления, пытался его реанимировать. — Чем же так воняет?

— Ты с ума сошел? — Снайпс, спотыкаясь, перемещалась вдоль анабиозных камер в поисках выживших.

Экипаж «Колумба» состоял из шести членов: капитан корабля и первый пилот по совместительству — дакхарр Гахгрн; второй пилот и специалист по всему самодвижущемуся оборудованию — гурянин Лай Майти; техник и специалист по связи — тьяйерец Гадди Мали; биолог — человек Ната Снайпс; специалист по безопасности и выживанию гурянин Толл Хаттар; психолог, специалист по контактам — дакхарр Рангх. Ната слышала и видела в тусклом свете только двоих, однако оставалась надежда, что остальные без сознания или, к примеру, в плену заклинивших камер.

— Я не сошел с ума. Камеры деактивировались аварийно, центр притяжения в другой стороне, нежели искусственный корабельный, сила тяжести заметно выше. А черт!.. — Майти отдернул руки от выбросившего сноп искр пульта. — Обзора не будет. Надеюсь, хоть информацию с зондов сможем снять.

Снайпс тем временем добралась до анабиозной камеры капитана. То, что она увидела, заставило ее отшатнуться. Острая каменная пика, прошив корпус «жилого» модуля и стенку камеры, практически разорвала огромное тело дакхарра.

— Я не могу оживить эту железяку! — Лай в сердцах грохнул по корпусу терминала кулаком. — Что у тебя, Ната?

— Капитан погиб, мы, возможно, тоже… — Она не могла сдержать слез, потеряв в лице капитана настоящего друга. — Воняет местный воздух. Он уже внутри нас.

— Но мы-то пока живы. — Гурянин бросил бесполезную возню с аварийным пультом управления и пробирался к другим анабиозным камерам. — Много разрушений… Дай бог, чтобы еще кто-нибудь выжил.

— Рангх тоже погиб. — Биолог выбралась из камеры второго дакхарра. — Перегрузки при падении оказались для него смертельными.

— Эй, скорее сюда!..

Сухой и нескладный Мали склонился над завалом у анабиозной камеры Хаттара.