Грязен не столько физически, сколько пониманием ничтожности отдельных существ, их душ и стремлений перед могуществом денег и главенством деловых интересов. Он излучал холодное безразличие к тем, кем питался, и Амос понял: если обстоятельства не заставят, он никогда больше не вернется в этот город, не имеющий души.

— Кто-нибудь понимает, что произошло? — Оправившись от шока, Ната Снайпс не нашла ничего более умного, чем обратиться с этим вопросом в темноту. Минуту назад анабиозная камера грубо выплюнула ее, не дав отойти от длительного бездействия, не предложив бодрящий душ и информационный пакет о состоянии корабля. Вокруг была тьма и жуткий гнилостный запах. Только по звукам движения и зазвучавшим голосам Ната поняла, что это уже не вязкий послеанабиозный сон.

— Надо запустить аварийное энергопитание… — глухо долетел до нее хриплый голос техника Гадди Мали. — Не могу освободить пульт… Эй, Лай, ты жив?

— Скорее нет, чем да… — По голосу гурянина Майти чувствовалось, что ему крепко досталось. — Чем это так воняет?

— Не знаю, я уже поблевал… Слушай, без твоей помощи мне не справиться.

Мали чем-то скрежетал, но, видимо, небольшой вес тьяйерца не позволял справиться с проблемой. Тьяйерцы были вообще необычными созданиями. Их даже нельзя было однозначно определить как класс. Своим строением больше походя на насекомых, они имели отдельные признаки холоднокровных. Некоторые их свойства были просто уникальны. Они размножались, откладывая подобие яиц в плотной кожистой оболочке. Температура их тел прямо зависела от окружающей среды. Они могли впадать в естественный анабиозный сон и долгое время обходиться без пищи и воды. Покрывающие их пластины хитина образовывали единую силовую оболочку. Они были поистине всеядны. А главное — они обладали способностью к естественной регенерации.

Внешне тьяйерцы походили на огромных, в рост среднего человека, богомолов. С той, правда, разницей, что имели столько же конечностей, сколько и люди. Самое неприятное для многих — эти существа были прямоходящими. По-птичьи сгибающиеся назад сухие, словно у кузнечика, ноги заканчивались массивными шестипалыми ступнями. Пальцы располагались по кругу и при отрыве ступни от земли сжимались, словно бутон неведомого цветка. Тело без половых признаков было наклонено вперед и уравновешивалось коротким, массивным хвостом. Руки с двумя локтевыми суставами в обычном положении прижимались к узкой груди. Они завершались превосходными шестипалыми кистями с длинными суставчатыми пальцами. Голова на тонкой шее однозначно принадлежала насекомому. Большие многосекторные глаза, рот с четырьмя подвижными челюстями, гладкая хитиновая оболочка — все это с первой встречи вызывало во многих людях стойкую антипатию.