Чернь надо держать в узде и периодически показывать ей её место. А то, не ровён час, навыдумывают ещё себе невесть что.

— Что-нибудь про свободу, равенство и братство? — невольно ухмыльнулся я, вспоминая, чем в моём мире окончились подобные рассуждения. Как верно подметили местные святоши, до нашей знати совершенно внезапно донесли одну простую мысль: «перед богами все равны». Если, конечно за богов считать наган и винтовку Мосина. Конечно, в этом мире их пока не изобрели, но и арбалетный болт, прилетевший между лопаток, донесёт эту мысль ничуть не хуже.

— Вроде того, — кивнул Байран, — Рад, что ты меня понял.

А то сам понимаешь, сначала у них мысли крамольные закрадываются, так ведь потом они и делать начинают, — барон немного помолчал, мысленно прикидывая, с чего именно стоит начать свой рассказ, — Был в наших краях один такой чудик. Заявил мол, не нужны ему никакие господа. Он мол, создаст своё поселение, где все будут равны, а плоды трудов будут делиться по справедливости. И что ты думаешь? Действительно с группой из десяти человек построил в лесах Вестланда хутор. Поначалу его никто не трогал, мол ну чего из-за десятка кметов шум поднимать. Вот только через два года этот хутор превратился в деревню на сотню дворов. Если б успели достроить стену, то можно было-бы сказать, что в небольшой город. И вот тогда уже нам пришлось созывать ополчение и объяснять им, что свобода-свободой, а десятину и прочие подати, а тако-же и повинности никто пока-что не отменял. Тех, кто сопротивлялся- поубивали. Остальных пришлось долго учить кнутом. Крепко им эта идея про свободу и равенство в голову засела. Нескольких человек забили до смерти, пока эту дурь выколачивали. Так что… — он развёл руками, — Это всё для их же блага.

Я не стал ему ничего объяснять. Не хотел лишний раз ссориться с нанимателем. Да и толку? Этот человек вырос и прожил всю жизнь в парадигме собственного превосходства над окружающими. И далеко не он один. Так что… Остаётся только гнуть свою линию внутри собственного отряда, пока есть такая возможность. Гнуть и надеяться, что хотя-бы у этих людей жизнь станет чуть получше, чем у остальных.

— Ладно, мне пора, — кивнул я, подходя к мосткам, соединявшим корабли, — Мне ещё с раненными помогать.

— Как закончишь, жду тебя на верхней палубе, — кивнул барон, — Для погребального костра пригодятся твои таланты.

Я кивнул и принялся карабкаться наверх. Палуба брига была заметно ниже фальшборта Буцефала, так что и мостки имели немаленький уклон. Благо, инженеру, проектировавшему их, пришла в голову светлая мысль, вбить через каждые пять дюймов, небольшие рейки, не дававшие ногам соскользнуть вниз. Впрочем, даже несмотря на это, я всё равно умудрился взмокнуть. Дьявол. Надо побыстрее приводить себя в порядок.