Да я в диком ужасе!

— Извиняйте, куклы, назрели другие планы, — разводит руками рыжий. — Но кто знает, может, еще свидимся.

— В машину идите, — тихо произносит Кнут и кивает на свою тачку. — Живо.

Маринка снова впивается ногтями в мою руку и не двигается с места. Как и я.

— А зачем это? — смелею.

Кнут переводит на меня свои ненормальные глаза, и в памяти с дотошной четкостью всплывают события того дождливого дня. Тогда он так же на меня посмотрел.

— Домой отвезу, — отвечает, наконец, и снова накидывает на макушку капюшон.

Выбор невелик: одновременно поднимаемся с Маринкой со скамейки и за руку идем к четырехколесному корыту, как две овечки на заклание. Страшно невероятно и неизвестно, что хуже: остаться с тремя подонками, или с одним, но зато каким.

— Подожди, там мой телефон! — бросаю ладонь Маринки и, конкретно обнаглев, быстро возвращаюсь к кустам. Приземлившись на корточки, шарю рукой в траве, понимая, что бесполезно — новому айфону приделали ноги.

Вот уроды! Двух месяцев же нет!

— Ну, бывай, брат. Смотри там не перетрудись, — рыжий отбивает «пять» Кнуту, после чего глумливо ржет, явно намекая, что нас ждет горяченькое приложение.

Это дерьмово. Это очень и очень дерьмово.

— Может, удерем? — шепчу Маринке. — Кто знает, куда он нас повезет.

— Ты совсем больная? Думаешь, он нас не догонит? Да мы трех метров не пробежим! Лучше сделать так, как он сказал, кажется, он повменяемее этих придурков будет.

Выбора снова нет — послушно миную огораживающий детскую площадку забор и, уже забираясь в салон, улавливаю краем уха гнусавый голос Жужы:

— Гля, правду сказала. Реально прокурорская дочка, в интернете нашел. Охренеть.

Хлопает дверь и на водительское кресло падает Кнут. Не обращая на нас абсолютно никакого внимания, делает музыку чуть громче. Когда наглухо тонированные стекла «Понтиака» одновременно поползли вверх, жмемся с Маринкой друг к другу, словно пара сиамских близнецов. Мы всякое вместе в жизни прошли, но такое — впервые.

Главный беспредельщик района и мы в его машине.

Это кошмарный сон, не иначе.

— Ты где живешь? — оборачивается на Маринку.

— На Комсомольской, — пищит подруга, не сводя глаз с водителя.

Больше ничего не говоря, Кнут заводит дребезжащий мотор и машина на удивление плавно катится по ночному проспекту. Судя по направлению, реально к Комсомольской.

Неужели он, правда, развезет нас по домам? И все? Вот так просто отпустит?

Судя по жутким слухам — это категорически исключено. Он же псих! Совершенно ненормальный!

От центра до дома Марины всего десять минут, поэтому практически сразу мы оказываемся у ее подъезда.

— Хочешь, позвоню сейчас твоему отцу? — уже открывая дверь, шепчет мне на ухо она.