И тот, кого до сих пор не нашли, но кого она наверняка видела у памятника, тоже в какой-то степени наказан… Голоса Пети и Хачмамедова отдалились от нее, будто звучали уже давно-давно…

…Но ведь если продолжать так думать, тогда никогда не узнаешь правды. Лене казалось, что она всю жизнь уже знает и эту комнату, и этих людей… Наверное, ее отец был не так уж не прав, когда хотел точно узнать, кто нанес Цезарю единственную смертельную рану. А сколько еще таких ран наносилось и до Цезаря, и после него? И, может быть, если бы на свете было меньше неясностей, людям было бы проще жить?

Она извинилась и прошла в учебную комнату. Она ведь преподаватель. У нее — группа.

Она открыла дверь, остановилась на пороге. Тот же самый микроскоп стоял на прежнем месте, около него на планшетке лежали приготовленные ей на просмотр микропрепараты.

— Елена Николаевна! — прямо с порога до нее донесся голос маленькой Лены. — Мы уже выполнили задание по обнаружению следов крови. Что нам теперь делать?

Она села за стол на преподавательское место. Студенты подняли головы, удивленные ее молчанием.

«Вам пока нужно просто жить, ребята, — подумала Лена. — Просто жить!»