Они брали напрокат грузовики-пикапы и с рассвета до заката, подобно бегемотам, идущим на водопой, носились по пыльным проселочным дорогам в поисках оленей. Заприметив жертву, они останавливались, выходили из пикапа и открывали огонь. Клара знала, что отнюдь не все охотники были такими, но многие. А потом эти горе-охотники привязывали убитого оленя на капот и разъезжали по окрестностям, полагая, что мертвое животное делает их великими.

Каждый год охотники стреляли в коров, лошадей, домашних любимцев и друг в друга. Иногда, как ни невероятно это звучит, они умудрялись подстрелить себя, очевидно, в припадке помутнения сознания ошибочно принимая себя за ужин. Впрочем, умные люди знали, что некоторые охотники — не все, но некоторые — полагали за честь отличить сосну от куропатки или человека.

Клара задумалась над тем, что же могло случиться с Джейн. Она редко опаздывала, так что ее вполне можно было извинить. Вообще-то Клара легко прощала большинству людей их прегрешения. Слишком легко, как частенько ворчал ее супруг Питер. Но у Клары была своя маленькая тайна. Отнюдь не все она забывала и выбрасывала из головы. Большую часть, без сомнения, да. Но кое-что она втайне сберегала и лелеяла, чтобы вернуться к этим вещам и событиям, когда искала утешения от жестокости и недоброжелательности окружающих.

Булочные крошки просыпались на «Монреаль Газетт», лежащую на ее столике. Внимание Клары привлекли кричащие заголовки под ними: «Народ Квебека голосует за проведение референдума о суверенитете», «В пригороде схвачена банда торговцев зельем», «Путешественники заблудились в Тремблант-парке».

Клара оторвала взгляд от этих мрачных надписей. Они с Питером уже давно отказались от подписки на монреальские газеты. Неведение стало для них благословением и счастьем. Они предпочитали местную газету «Уильямсбург Каунти Ньюс», в которой могли прочесть о корове Уэйна, или о том, что к Гайлайнам приехали погостить внуки, или что на аукцион выставлены стеганые одеяла для дома престарелых. Время от времени Клару посещали мысли о том, а не отгораживаются ли они от мира, не пытаются ли убежать от реальности и от ответственности. Но потом она поняла, что ей, в сущности, все равно. Кроме того, все, что нужно, она узнавала прямо здесь, в бистро Оливье, расположенном в самом сердце деревушки Три-пайнз.

— Далеко же ты унеслась мыслями, — прозвучал над ухом знакомый приветливый голос.

Наконец-то появилась Джейн, запыхавшаяся и улыбающаяся. От смеха в уголках ее глаз паутинкой разбежались морщинки, а щеки раскраснелись от осенней свежести и быстрой ходьбы — через деревенские поля от коттеджа к бистро.

— Ах ты, старая ведьма! — рассмеялась Клара.

— Да уж, сегодня утром я точно была ею. Ты еще не слышала, что случилось?

— Нет.