И я почему-то нисколько не сомневалась, что его слова не были простым бахвальством. Не знаю, что за силой обладал Хельтайн, но с ней явно не могли совладать обычные воины.

Он смотрел так, будто я и правда могла что-то предпринять, будто я была в силах утихомирить разгневанную и напуганную толпу и дать нам шанс унести от сюда ноги без лишних жертв. И эта непоколебимая уверенность в его взгляде пролилась теплом мне на грудь, успокаивая тревогу и снимая напряжение.

Я медленно выдохнула и напомнила себе, кто я есть. Забывать об этом и не следовало. Отпустив дверной косяк, я расправила плечи, сбрасывая с тела остатки скованности, и, развернувшись к людям, сделала шаг вперед.

Мне тут же достались настороженные и хмурые взгляды. Толпа была доведена до предела, как взведенный курок, как подожженный фитиль взрывчатки, как натянутая тетива лука — один неверный жест, и они нападут.

Но провоцировать я их не собиралась. Несмотря на желания ярла рано мне было умирать, в Пустоши меня ждала Лейла. Поэтому я закрыла глаза и призвала к той единственной силе, что могла нас спасти.

И она откликнулась. Внутри меня все приятно задрожало, затянуло, опалило теплом, а тело наполнилось такой мощью, что казалось, одно лишь движение моего пальца могло сбить с ног десяток воинов.

По толпе прошлись пораженные выдохи и восклицания, и я распахнула глаза, окутанная клубьями Тумана.

— Вы не ведаете, на кого подняли оружие, — проговорила я звенящим от переполняющей меня силы голосом и прошлась взглядом по удивленным и испуганным лицам. — Я благословлена водами Иильги, ветрами Друрги и землями Йойли. Туман подвластен мне, а Хозяйка туманов — мне названная мать.

Я не просто ведьма, я Дочь Туманов, и если хоть один из вас навредит мне или моему тритону, ваш остров навеки будет лишен защиты.

Мои слова встретило потрясенное молчание, а в глазах людей благоговение мешалось со священным ужасом.

Я сделала еще один шаг вперед, и толпа отшатнулась от меня.

— Опустите мечи! — приказала я.

Сначала не происходило ничего, будто воины оцепенели от моих слов. Но затем один из них разжал пальцы, и его клинок упал в дорожную грязь. А вслед за ним, как по цепочке, и остальные стали бросать оружие.

— Какие послушные мальчики, — усмехнулся Хельтайн.

И я бросила на него строгий взгляд. Но он лишь подмигнул мне в ответ и отделился от стены.

— Раз уж мы здесь разобрались, то давай заберем припасы для Бальбы и вернемся. Я соскучился по своей нареченной.

— Не называй ее так, — прищурилась я.

— Мне назвать ее по имени? Здесь? При всех? — вскинул он брови, и вдруг я поняла, что он каким-то образом уже знал о том, что ярл считал меня и Лейлу мертвыми.

Нет, все же Хельтайн — это корзина с двойным дном.