— Я поняла! — охнула я и подняла голову на Агфара, решив поделиться с ним хоть частью своих мыслей. — Мы встретились из-за Найриты.

— Скорее из-за нанесенного тобою знака.

— Нет, — посмотрела я на мирно спящую дочурку. Поправила шапочку. Коснулась пальцами завязок на шее. — Из-за мачехи Безгласые с пяти лет перестали за мной следить.

— Следить? — прищурился граф и собрался уточнить, но смолчал, так как я предостерегающе покачала головой. Он тоже понимал, что любые сказанные вслух слова будут услышаны. Потому приходилось иногда общаться обрывками фраз или жестами. Говорить намеками. Зачастую просто молчать, дожидаясь момента, когда мы окажемся за пределами Западного края и расскажем друг другу все наши умозаключения.

— Найрита, сама того не осознавая, соединила нас, а потом спасла. И я ей благодарна. Удивительно, но плохие поступки иногда приводят к добру. Злодеяния заканчиваются чем-то хорошим. А жертва… оказывается спасением.

— Так ты думаешь, что… — пересел ко мне Агфар. Даже взял дочь на руки, посмотрев на нее другими глазами. — Да?

— Знаю, сейчас слепо верю непонятно во что. Но… но иначе все будет зря.

Я коснулась пухлых щечек моей искорки. Положила ладонь ей на живот и уткнулась лбом в плечо мужа.

— Я не хочу, — призналась только сейчас. Закусила губу и все же решила открыться, вывалив на Агфара свои переживания. — Сердце болит от одной мысли, что придется отдать ее Безгласым. Схожу с ума от своего же решения. Ненавижу себя, глядя в ее огромные голубые глазки. Получается, теперь я тоже монстр?

— Тогда мы вдвоем будем монстрами, — недовольно произнес он. — И ведь легче не станет. Лисая, придется жить дальше, отчетливо помня сегодняшний день и то, что мы собираемся сделать. Ты готова?

Я подняла на мужа глаза и вытерла слезы. Сжала его рукав. Поняла, что сейчас хочу одного: повернуть время вспять и вернуть тот миг, когда согласилась на условие Безгласых. Уж лучше умереть, чем вот так везти им новорожденного ребенка.

— Друг за друга боролись, а за нее не станем, — с грустью усмехнулась я, ощущая обжигающую горечь, которая стремительно разливалась по телу. — Отдадим ее, чтобы выжить самим?

— Мы еще можем передумать, — оживился Агфар, будто только этого момента и ждал, но я замотала головой:

— Нет! Нет, нельзя. Так нужно. Она сказала…

— Кто сказал? — выгнул бровь муж.

Я подняла глаза к небу и коснулась пальцами своего запястья, где теперь постоянно находились два знака. Они перестали исчезать после озера Очищения. Словно изначально должны были присутствовать там всегда. Это являлось еще одним доказательством того, что Безгласые намерено скрывали наши знаки.

— Лисая, — на миг прикрыл он глаза. До этого момента я не рассказывала, что дала обещание, следуя совету Айны.