Она встала, запустила обе руки в джинсовые шорты, решив, что мы ей уже надоели.

— Я спущусь в машину, когда вы, три примадонны, закончите готовиться к балу, — сказала она с игривым вздохом. — Не быть самой красивой девушкой в комнате, уже порядком надоело.

Мы посмеялись, но в тот момент, когда она прошла в зал, глаза Дэйна с вожделением смотрели на нее в этих крошечных шортиках, впитывая все это зрелище.

— Я не знаю, почему бы тебе просто не сделать это наконец, — сказал я со вздохом.

Он снова стал перед зеркалом, поправляя воротничок.

— Все просто, — объяснил он.

 — Я отказываюсь быть тем засранцем, который испортит что-то настолько идеальное.

Его честность застала меня врасплох, и я сделал паузу, закатывая рукава черной рубашки на пуговицах до локтей.

— Чёрт возьми. Я думаю, это самая правдивая вещь что ты когда-либо говорил.

— Что чертовски печально, — вклинился Стерлинг, засовывая бумажник в карман своих джинсов.

Я гашу свет в пентхаусе, пока мы идём к лифту. Только когда двери закрылись, и мы оказались внутри, Стерлинг вернулся к своему предыдущему вопросу.

— Итак, мы снова прозябаем в трущобах на дерьмовой стороне города по… какой причине? Извините, просто все еще пытаюсь разобраться в этом.

Я прислонился спиной к стене, пока мы спускались на двадцать с лишним этажей.

— Потому что мне нужно передать сообщение, — объяснил я. — Нельзя, чтобы Южанка думала, что сможет сбежать от меня. Она должна знать, что я буду везде, пока я не скажу, что с нее хватит. На ее работе, в ее доме, везде, — добавил я.

Я не упоминал об этом, но появиться и снова вывести ее из себя, служило второстепенной целью. Первоначальной было исправить тот сбой, который произошел прошлой ночью, когда я прикоснулся к ней.

Мне просто нужно вспомнить, как мне нравится видеть ее сломанной, и все будет в полном порядке.

Мои братья молчали, вероятно, потому что я никогда не был таким мрачным. Но если бы они знали, что я нашел, знали, что я видел в прошлом, они бы тоже были в ярости.

Между мной и моим отцом есть скрытая история, информация, которой владеем только мы двое.

Ну, мы и та шлюха, с которой я застал его ровно десять лет назад.

Он всегда был неравнодушен к молоденьким блондинкам, и то, что я увидел Блу в его телефоне только доказывает, что он не изменился.

Единственное отличие было в том, что, когда я поймал его на измене, я не был достаточно взрослым, чтобы что-то с этим сделать.

Сейчас же, я мог разломить душу его новой завоевательницы на две части.

— Ты не сможешь победить противника, пока не узнаешь, что заставляет его жить, — объяснил я. — Так что, отвечая на твой вопрос, именно за этим мы и идем сегодня вечером. Как только я узнаю, что для нее важно… я смогу ее сломить — добавил я.