Не говоря уже о том, что я был тверд как кирпич — знак того, что я впустил ее в свою голову. Глубоко. Потеря контроля произошла почти сразу, как я попробовал этот липкий блеск с апельсиновым вкусом на ее чертовых губах. Как бы я ни был зол на себя, я осознаю, что, если бы я не знал ее секрет, все зашло бы намного дальше, чем сегодня. Прямо там, с ней, прижатой к стене, зная, что ее дядя и все клиенты будут слышать это в нескольких ярдах от меня.

— Ты должен мне ужин, — ворчание Стерлинга вырвало меня из моих мыслей. — Учитывая, что ты впал в ступор еще до того, как мы сделали заказ, — добавил он и вздохнул.

Я знаю, что только что устроил сцену, заставив своих братьев убраться из закусочной без объяснения причин, но уйти было просто необходимо. Если бы я не ушел прямо тогда и сразу, я не мог гарантировать, что она не увидит, что поцелуй с ней сделал со мной.

Я правильно понял ее, она — чистый яд. Но у меня есть идеальное противоядие.

— Я напишу Джосс, — вклинился Дэйн. — Она говорит, что ее мама приготовила огромный ужин, и мы можем есть все, что захотим.

Я слышу его, но на уме у меня совсем другое.

Прежде чем ответить ему, я уже пишу свое сообщение.

— Не могу. У меня планы, — ответил я. — Кроме того, ее отец ненавидит тебя. Помнишь?

Он не засмеялся, когда я это сказал.

— Ненависть — это такое сильное слово, — возразил он.

— Может быть, но это точно не неправильное слово, — сказал я в ответ. — Вы, ребята сегодня сами по себе. Я подброшу вас до одной из ваших машин.

— Какие такие планы?

Я улыбнулся Дэйну через зеркало заднего вида, отвечая: — У Паркер.

И он, и Стерлинг засмеялись.

— Как это будет? Она же на костылях, — указал Стерлинг.

Я выехал на перекресток и пожал плечами.

— У нее все в порядке со ртом.

Да, в голове ужас, но практика сделает все отлично. Даже худший может стать лучшим, если за дело берется правильный учитель.

Десять минут спустя мои братья вышли из машины, и я отправился в путь, чтобы выкинуть вкус Южанки из моего рта.

Лучшим способом, который я знаю.

— Объясни еще раз, почему мы должны проводить там этот прекрасный субботний вечер? — спросил Стерлинг, надевая пару совершенно новых кроссовок.

— Какая разница, почему? Просто подумайте о фотосессии, — вклинился Дэйн, ответив на вопрос Стерлинга раньше, чем я успел.

И совсем не так, как бы на него ответил я.

Джосс закатила глаза, сидя в кресле под моим окном, и покачала головой на тщедушный зад Дэйна.

— Ты принимаешь какие-нибудь другие жизненные решения, не думая о селфи? — спросила она.

Глядя на себя в зеркало снизу-вверх напротив моей кровати, Дэйн разгладил брови.

— Я должен давать людям то, что они хотят, — поддразнивал он, зная, что это заденет Джосс.

Так и произошло.