«Жасмин» же помогла засадить того урода за решетку, но не выжила.

Какое сегодня число? Что бы посмотреть, пришлось взять телефон. Пятьдесят два пропущенных со вчерашнего дня. Лейтенант. Сейчас сколько? Пять утра. Мобильник снова завибрировал.

— И вам доброго утра, лейтенант.

— Бергман, я добрый начальник?

— Так точно, лейтенант! — бодро ответил я, отдал честь и пролил на себя выпивку.

— Ты помнишь, какое сегодня число? — что-то темнит Фил со своими вопросами.

— М-м-м, я помню, что сейчас август, сэр, — дату я посмотреть не успел, а в депрессивном кумаре не различаешь дней. Есть только позавчера, вчера, сегодня, завтра и послезавтра.

— Пятое! Пятое августа! Так что через два часа жду тебя в офисе! — рявкнул начальник в трубку. Больше он ничего не сказал, бросил трубку, а я еще минуту слышал короткие гудки.

— Черт, — выругался я, попытался встать с кровати и, запутавшись в одеяле, грохнулся с нее. — Паршиво начался день, ладно полтора часа на сборы, полчаса на дорогу, шеф прав, нужно приходить в чувство, — констатировал, оглядев спальню. Все в бренди, грязные вещи скомканные валяются по всей комнате. В гостиной не лучше, это я точно знаю.

Дальше все было как на автомате: открыть окна, пусть проветриться квартира, собрать все грязное в простынь, завязать, вещи, что понадобятся в ближайшее время, бросить в стирку, разложить сушку, заправить кофемашину, потом принять душ и побриться. Кофе, яичница, форма, сегодня придется ее одеть, все же два месяца отсутствовал. Машина завелась с первого раза, надеюсь, не разучился водить. Свой старенький мустанг я любил, Джон всегда смеялся надо мной, когда я тратил выходной, чтобы повозиться под капотом.

Джон, я так подвел тебя, друг. Все, прочь мысли, лейтенант не одобрит мой кислый вид, он считает, что период адаптации уже давно прошел. Еще понизит, и тогда зарплаты не будет хватать на квартиру в нормальном районе и мой любимый бренди.

Я успел до пробок, что сильно порадовало. Поздоровался с ребятами, сдававшими ночную смену. Те посмотрели на меня как на восставшего из мертвых. Наверное, это так и было. Мой отдел. Сэл встретила меня со слезами на глазах, ей тоже тяжело дались эти месяцы, ведь это она вела меня в неправильном направлении, хотя, она не виновата. Нас всех обвели вокруг пальца. Офицеры Палмер и Бартон, наши Бивис и Батхед, я ведь скучал по ним, пожали мне руку, а потом и вовсе кинулись обниматься, им меня не хватало видите ли. Собрался с духом и вошел в кабинет к лейтенанту. Без десяти семь.

— Молодец, Бергман. Не думал, что ты так быстро очухаешься.

— Да что вы, лейтенант, я всегда готов приступить к работе, — вернул ему шпильку.