Рассказывать же им о том, что Ляпсус чертовски много задолжал, не имело смысла: подобные мелочи гарок не интересовали.

— Я расскажу всем, что тебе нельзя верить, — улыбнулся конец. — И Тотализатор навсегда закроет для тебя двери. У тебя не примут ни одной ставки. — Мурций допил коктейль и поднялся. — Четыре дня, Ляпсус, это максимум, что я могу. А теперь извини, мне пора в «Тиградком». Сегодня у меня большое интервью с Каримом Томба.

— Короче, я убедился, что клиент не дышит, и ушел порталом, — закончил Муба. — Хотел бы я посмотреть на физиономии охранников, прибежавших на сигнал тревоги!

Слушатели рассмеялись.

— Вот так и рождаются легенды, — заметил Кортес.

— Их и без нас полно, — махнул правой верхней рукой Фет, руководитель московской общины хванов. — Одной больше, одной меньше… Тем более в нашем деле легенды и вовсе рождаются на пустом месте.

Хваны занимались убийствами на заказ и Кортеса, который в свое время выполнял «деликатные» поручения для имперской военной разведки, считали коллегой. Высокопрофессиональным коллегой, несмотря на то что наемник никогда не работал по этой специальности в Тайном Городе.

— Пойду посмотрю, как там мои лошадки, — улыбнулся Муба. — Не скучайте.

Когда Кортес только подошел к четырехруким, их было шестеро. Однако за последние пять минут они начали находить «важные» дела и растворялись в толпе.

«Фет хочет со мной поговорить».

— Еще по стаканчику? — любезно предложил четырехрукий.

— Твои ребята взяли отпуска?

— Почему ты так решил?

— Сегодня здесь шестеро хванов, включая тебя. Вчера в «Ящеррице» я видел еще семерых. А из разговоров с вами вчера и сегодня понял, что в городе собралось не меньше тридцати.

Великие Дома не мешали четырехруким заниматься бизнесом, однако настаивали, чтобы те действовали за пределами Тайного Города. Убивать в Москве не возбранялось, но не в промышленных количествах, а потому в Тайном Городе редко собиралось одновременно больше десятка хванов.

— Ты наблюдательный.

Фет залпом выпил полстакана коньяка и негромко произнес:

— Ходят странные слухи, вот ребята и подтягиваются.

— Как раз хотел поговорить о них с тобой.

— Не уверен, что смогу сказать даже то, что знаю, — откровенно заявил Кортес.

— Прекрасно понимаю, но все-таки попробую… — Хван выдержал короткую паузу. — Мы слышали, что кто-то вывел из строя Дегунинский Оракул.

Это случилось давно, еще в августе, и если хваны, которые умели держать нос по ветру, пронюхали об этом только сейчас, можно было сказать, что Великим Домам удалось сохранить летнюю операцию в секрете.

— Я слышал об этом краем уха.

— А несколько недель назад заварилась странная буза, в которой принимали участие и навы, и чуды, и люды.

— Между ними регулярно происходят стычки.